Книга С любовью, Лондон, страница 64 – Юлия Устинова

— Офигеть! — с восхищением сказала я, — у тебя получилось!

— А ты во мне сомневалась? — спросил Лондон, приобнимая меня.

— Нет… не знаю… Что он с ней делает?! — указала на Курта, который принялся мотать Олли по танцполу, как йо-йо.

— Учит танцевать танго, — пояснил Лондон. — Шейла два месяца заставляла его репетировать этот танец, как видишь, Курт неплохо преуспел. Знаешь, Кейт, у меня была мысль, сделать Стивена королем вечеринки. Я даже написал его имя… раз двадцать или тридцать. Давай так и поступим в мае, когда будут выбирать королевскую чету Весеннего бала?

— Ты в своем уме?! — его слова меня чрезвычайно возмутили. — Смотри, как глаз дёргается после пережитого! — и я задрала подбородок, приблизив лицо к парню.

— Не выдумывай, с твоим глазом все в порядке. И я совсем забыл сказать, Китти… ты такая красивая в этом… — он ухватился за бахрому платья и потянул на себя, другую ладонь устраивая на пояснице, — что это?

— Бисер, — как тупица хлопая ресницами, смущённо промямлила, оказавшись прижатой к его груди.

— Тебе идёт, — наклонившись, проговорил Лондон у самого уха, пока его ладонь переползала демаркационную линию.

Знаю, не мешало бы навалять ему за эту дерзость, но я почему-то так и не сподобилась. То ли его смокинг на меня действовал обезоруживающе, то ли трогательный усталый взгляд, или то, что я по уши втрескалась в этого парня с сомнительными качествами и страстью к разного рода авантюрам. Спрашивается, и когда только успела?! Возможно, в тот день, когда Лондон вытащил меня из школьного карцера, или на той вечеринке в доме бесовок Фернандес? Либо совместный просмотр индийского фильма стал для меня точкой невозврата.

— Потанцуешь со мной? — спросил Лондон, не дав мне возможности раскрыть загадку века.

— Танго? Нет. Ни за что. Максимум, что я умею, так это лениво шататься по часовой стрелке, — отступив на пару шагов, ответила, наблюдая за тем, как искусно дрыгают конечностями некоторые девушки за компанию со своими партнёрами.

— Тогда давай просто пошатаемся, — предложил парень. — Я тоже отстойный танцор танго.

— Звучит заманчиво, — не скрывая блаженной улыбки, я протянула Лондону обе руки.

— Но это ещё не все, — взяв мои ладони в свои, пронёс тот, — как насчёт небольшой благодарности от тебя?

— Ты… это о чём? — улыбка тотчас сползла с моего лица, а в голове засело лишь одно слово «порнография».

— Не знаю, — продолжая ухмыляться, он покачал головой, — удиви меня.

— Прямо здесь?!

Мой ответ, видимо, раззадорил его ещё больше, потому что Лондон окончательно оборзел и заявил:

— Скажи, где и когда. Я там буду, обещаю.

— И не надейся, о чем бы ты там не думал. Уверена, этого будет достаточно.

Привстав на носочки, я потянулась к его губам и быстро чмокнула парня.

— И все? — разочарованно пробормотал Лондон, — я, вообще-то, очень рисковал. Позволь, я покажу тебе часть того, что имел в виду под словом «благодарность», — и это не прозвучало, как вопрос.

А дальше он завел руки мне за спину и прижал к себе, одновременно приникнув к моим губам своими. И пока я раздумывала, стоит ли нам целоваться на виду у всех, язык Лондона снова начал делать то, от чего у меня засыхали в голове последние извилины.

Курт с Олли разбежались по углам сразу же после первого танца, и, шатаясь в объятиях Лондона, я то и дело искала взглядом щуплую фигурку подруги в бледно-голубом платье и прямоугольную – Магуайра. Как бы мне не было жаль, но все шло к тому, что эти двое планировали бегать друг от друга до конца года. И в тот момент, когда я, взяв на себя неблагодарную миссию сводни, обдумывала очередной наполеоновский план, у входа в спортзал раздались чьи-то вопли: