Книга Измена. За нас никто не рад, страница 32 – Лия Верес

— Пока, — сказала Инна.

— Пока.

Мы не обнялись на прощание. Я посмотрела ей вслед и впервые за много лет не знала, когда снова ее увижу.

В тот вечер Вадим тоже получил отказ. Один из знакомых, с которым он регулярно встречался в прежней компании, написал, что не готов прийти. Вадим показал мне сообщение, не читая вслух. Там не было оскорблений, только несколько прямых предложений. Он убрал телефон и долго стоял у окна.

— Не надо было звать? — спросила я.

— Я хотел, чтобы он пришел.

— Я тоже хотела, чтобы Инна.

Он повернулся ко мне. Мы помолчали, не зная, что сказать друг другу.

— Алла сказала, что постарается, — напомнил он.

— Хорошо.

Мне хотелось обрадоваться, но я произнесла это почти без выражения. Вадим заметил и нахмурился.

— Она не запасной человек, Жанна.

— Я не это имела в виду.

— Знаю. Просто мы сейчас так говорим, будто считаем, сколько еще мест осталось закрыть.

Я села на диван. Он сел рядом и больше не продолжал.

В выходной я проснулась раньше него и некоторое время смотрела в потолок. В телефоне было новое сообщение от Лидии: первые эскизы были почти готовы, она уточняла, какой из двух оттенков мне ближе. Я открыла картинки, увеличила, начала сравнивать. Потом заметила, что уже полчаса не встаю, а день за окном давно начался.

Вадим проснулся от того, что я опустила телефон на тумбочку слишком громко.

— Уже работаешь? — спросил он.

— Смотрю оформление.

Он повернулся на спину.

— Может, сегодня без оформления?

— Нам все равно надо выбрать.

— Выберем. Но не до завтрака.

Я хотела возразить, потом посмотрела на него: волосы торчали в одну сторону, на щеке остался след от подушки. Он был сонный, лохматый, и мне захотелось поцеловать его.

— Ладно. Сегодня ты победил.

— Еще не вставал, а уже успешно.

К обеду мы выбрались на открытый рынок, который устраивали по выходным на широкой площади. Я слышала о нем от коллеги, но никогда не доходила. Там продавали овощи, сыр, домашние соусы, деревянные мелочи, керамику и вещи, назначение которых нужно было спрашивать у продавца.

Вадим остановился у прилавка с деревянными головоломками. Я прошла два шага вперед, заметила, что он отстал, и вернулась. Он держал в руках небольшую конструкцию из колец и шнура.

— Это разобрать нужно? — спросила я.

— Снять кольцо.

— А ножницы дают?

Продавец рассмеялся. Вадим поднял глаза.

— Ты портишь чистоту эксперимента.

— Зато быстро.

Он провозился несколько минут и так и не снял кольцо. Продавец показал движение, которое выглядело до обидного простым. Вадим попросил снова собрать и попробовал еще раз. Я стояла рядом, наблюдая за его руками, и поняла, что не хочу его торопить. Мне нравилось, как он увлекался: хмурился, забывал про остальное, потом широко улыбался, когда наконец получилось.

— Купишь? — спросила я.

— Теперь уже неинтересно. Я знаю ответ.

— Можно дать мне и смотреть, как я мучаюсь.

— Ты сразу попросишь ножницы.

Мы пошли дальше. У прилавка с сыром нам предложили попробовать несколько сортов. Мне понравился мягкий, чуть солоноватый. Вадим выбрал плотный, с резким запахом. Я попробовала крошечный кусочек и сразу поискала глазами воду.

— Нет, — сказала я.

— Совсем?

— Уверенно нет.

Он рассмеялся и купил маленький кусок себе. Я взяла другой. Продавщица сложила их в разные пакеты, и Вадим попросил не перепутать, а то у нас дома будет серьезный спор.