Книга Измена. За нас никто не рад, страница 2 – Лия Верес

— Он знает, что ты мне говоришь? — спросил Костя.

— Знает, что я собиралась сказать сегодня.

— Собиралась.

— Я сказала.

Он усмехнулся, и я сразу пожалела о своем ответе.

— А до сегодняшнего дня что мешало?

— Я боялась.

— Чего именно? Что мне будет неприятно?

— Я знала, что сделаю тебе больно. И откладывала. Это не оправдание.

— Спасибо, что объяснила.

Я прикусила губу. Мне не хотелось плакать перед ним. Не потому, что у меня не было права на слезы, а потому, что он слишком хорошо знал мой плач. За эти годы он не раз подходил, обнимал, приносил воды, искал, чем помочь. Я не хотела заставить его снова оказаться в этой роли.

Костя снял очки, хотя они были нужны ему только для чтения, и долго протирал стекла краем салфетки. Потом понял, что делает, положил их на стол.

— Ты от меня уходишь?

— Да.

Он кивнул. Я ждала следующего вопроса, но его не было.

— Я не хочу продолжать обманывать тебя.

— Уже продолжила. Два месяца.

— Да.

— Не надо говорить так, будто ты сейчас делаешь что-то для меня.

Мне хотелось быть с Вадимом. Я боялась произнести это вслух, но молчать дальше тоже не могла.

— Я люблю его, — произнесла я тихо.

Костя посмотрел на меня так, что я тут же поняла: я выбрала худшую минуту для этих слов.

— Это я должен сейчас услышать?

— Нет. Не знаю. Я не хотела, чтобы ты думал…

— Что именно? Что это случайность? Что вы оба оступились у порога и теперь не понимаете, как оказались рядом?

Он повысил голос, затем осекся, взял стакан и вылил оставшуюся воду в раковину.

— Мне не нужны подробности. И не надо сейчас перечислять, чего тебе со мной не хватало.

— Я не собиралась.

— Хорошо.

Он стоял ко мне боком. Я видела, как дергается мышца у него на щеке.

— Мне было с тобой хорошо, Костя.

Он обернулся.

— Тогда оставь это мне. Не начинай сейчас переделывать все, что было. Хотя бы этого не делай.

Я кивнула. Еще утром он спросил, не замерзну ли я в тонкой синей блузе, и предложил забрать меня после смены. Я сказала, что сама доеду: мне нужно было время по дороге, чтобы приготовиться.

— Где ты будешь жить? — спросил он.

— Первые дни у Вадима. Потом сниму что-нибудь.

Я произнесла это и увидела, как он отвел взгляд. Мне показалось, что я снова ударила его, хотя ответила на прямой вопрос.

— Тогда собирайся.

— Сегодня?

Костя посмотрел на меня. Я почувствовала, как горит лицо.

— Да. Конечно. Сегодня.

— Я не буду спать за стеной и слушать, как ты ему пишешь.

— Я понимаю.

На этот раз он ничего не ответил. Вышел из кухни. Я услышала, как в комнате отодвинулся ящик стола, потом щелкнула дверь балкона.

Чемодан стоял на верхней полке шкафа. Чтобы достать его, мне пришлось принести табурет. Я взобралась на него, уперлась рукой в стенку и потянула чемодан за боковую ручку. Он застрял между коробкой с зимними шапками и старой дорожной сумкой. Я дернула сильнее, коробка накренилась. Сверху упал Дашин шарф, который она оставила у нас на Новый год.

Придержав коробку, я вытянула чемодан, спустилась с табурета и подняла шарф с пола. Темно-красный, с длинной затяжкой у края. Даша просила меня посмотреть, можно ли ее аккуратно убрать. Я обещала и забыла.

Я положила шарф обратно в шкаф.

В чемодан вошли джинсы, два теплых джемпера, рабочая юбка, белье, запасные колготки. Я снимала вещи с плечиков и вдруг не могла решить, сколько мне нужно. На неделю? На месяц? Раньше сборы всегда имели дату возвращения. Сейчас ее не было.