Книга Призраки, любовь и прочие безумства, страница 115 – Джози Силвер

— Охренеть! – выдыхает Флетч и почти срывает пуговицы на своей рубашке, потом наклоняется и горячим ртом обхватывает мой сосок.

Я смотрю на звезды и судорожно вдыхаю, стягиваю рубашку с его роковых плеч, и вот уже мы оба по пояс обнаженные. Его руки повсюду, скользят, гладят, стискивают, а я изучаю рельефные, достойные ковбоя выступы мышц на спине. Он запускает пальцы мне в волосы и целует так, словно готов за меня умереть, а я закидываю ногу ему на бедро и целую в ответ так, словно он – король мармеладных мишек.

Флетч приподнимает голову и заглядывает мне в глаза, рукой скользит вниз и забирается под резинку моих штанов, и глаза округляются, когда он понимает, что под ними ничего нет. Он качает головой и хрипло смеется:

— Ты не перестаешь меня удивлять.

Его взгляд почти так же меня заводит, как и то, что он делает пальцами. В остальном же он неподвижен, намеренно фокусируя наше внимание на том, что происходит у меня между ног.

— О чем ты фантазируешь, Мелоди? – спрашивает он, покрывая легкими поцелуями мой висок, скулы, подбородок.

— О супергероях, – выдыхаю я, когда он засовывает в меня пальцы.

— А я о тебе. Всегда начинаю с других женщин – не представляешь, как меня заводит Марго Робби, – но в конце это всегда ты.

Его большой палец ходит кругами, Флетч прикусывает мою нижнюю губу, и, Богом клянусь, мне кажется, что я умру от удовольствия. Все тело как натянутая пружина, и я хочу его так сильно, что совершенно теряю голову.

— Сильнее, – выдыхаю я.

Животный горловой стон, который он издает в ответ, почти доводит меня до предела, а потом Флетч сгибается, целует меня в живот и прячет лицо у меня между ног. Я запускаю пальцы ему в волосы и зажмуриваюсь, потому что теряю голову еще до того, как он успевает что-то сделать. Горячее дыхание на внутренней стороне бедра, близость языка, рука, скользящая вверх, чтобы найти мой сосок, как будто мое тело – карта, которую способен читать только он. Ему известны все мои тайные тропы и обходные пути, и – господи боже! – он только что сбросил меня с края утеса в бездонное озеро умопомрачительного блаженства. Кажется, я кричала луне его имя, а теперь он целует мой клитор медленно и благоговейно, и в нескольких странах мира это значило бы, что мы теперь муж и жена.

Я неспешно возвращаюсь на землю. Он приоткрытым ртом проводит по моему животу, по груди, оставляет поцелуй в ложбинке между ключицами, проявляя такую заботу, от которой я тянусь к молнии на его брюках.

— Скажи еще раз, о ком ты фантазируешь? – шепчет он, прижимаясь лбом к моему и закрывая глаза, когда я проникаю к нему в боксеры и обхватываю его ладонью. Наши губы сливаются, его дыхание и мое: поцелуй неспешный и пропитанный интимностью, я чувствую свой вкус на его губах.

— О супергероях, – говорю я, наслаждаясь его реакцией.

Он твердый и еле держит себя в руках.

Он останавливается на пару секунд, чтобы достать из кошелька презерватив, и говорит:

— Я всегда буду твоей защитой.

Знаю, это просто игра слов, но именно такого рода игры удовлетворяют мои супергеройские запросы. Я раздвигаю ноги, чтобы он устроился как можно удобнее, учитывая обстоятельства. В машине тесно, он тяжело дышит, и я опять почти кончаю, когда он костяшками пальцев давит на меня, засовывая руку между нами, чтобы надеть презерватив. Он спешит, и мне это нравится.