Книга Призраки, любовь и прочие безумства, страница 11 – Джози Силвер

— Послушайте, Большой Арт. – Я пускаю в ход свои навыки дипломатии. – Если бы мне требовался стажер, Арт был бы первым в очереди, но мне никто не нужен. Я учту его кандидатуру на будущее, хорошо?

— Я его подвел, – мрачнеет Большой Арт. – Единственного сына. Ушел и оставил на произвол судьбы.

— Ну-ну, не вините себя, – утешаю я его. – Вам бочка на голову упала, чистое невезенье, такое невозможно предвидеть.

— Было чертовски больно. – Он обхватывает лысую голову руками.

— Еще бы!

— Запиши его имя, вдруг будет место?

— Я запомню. Малыш Артур Эллиот.

— Ты не знаешь, где он живет.

Сдавшись, я покидаю удобное кресло, сажусь за письменный стол и выдвигаю широкий ящик. Марина разложила новые канцелярские принадлежности, как в первый учебный день в школе. Блокнот формата А4 – белоснежные разлинованные листы готовы к работе. Заточенные карандаши. Чистый ластик. Аккуратный ряд синей, черной и красной ручек. Боже, обожаю эту женщину!

Я беру карандаш и вывожу «Артур Эллиот» наверху листа. Затем записываю адрес, который диктует Большой Арт, и улыбаюсь, держа карандаш наготове. Мне нравится сидеть за письменным столом, прямо как на настоящей работе.

— Что еще мне надо знать? Какие-нибудь достижения или вроде того? – Засунув кончик карандаша в рот, смотрю на Большого Арта, который снова на грани слез.

— Никаких, – шепчет он.

— Никаких? – громко переспрашиваю я. – Что, даже по труду тройки не заработал?

— Чертовы задиры! – вырывается из груди Арта-старшего. – Мой Арти – великан с добрым сердцем, ему просто не давали проходу. Вечно в сторонке, никто с ним не дружил. А мы с женой даже ничего не знали, пока нас не вызвали в школу из-за прогулов.

— Его задирали в школе?

— Затравили! – кивает Арт-старший. – За прыщи, змею, за рост. Знаешь, как бывает, подростки – словно стая собак, увидавших кость. Хоть бы один приятель у него был, но, похоже, он так ни с кем и не сдружился.

Мне как никому знакомо одиночество аутсайдера. Если бы не Марина, моя школьная жизнь ничем бы не отличалась от жизни Малыша Арта. Я смотрю на печального краснощекого мужчину, стоящего передо мной, и достаю из ящика стола приличную писчую бумагу.

— Садитесь, Арт.

Полчаса спустя он стал совсем другим привидением. Мы вместе составили письмо Артуру Эллиоту-младшему, в котором предлагали ему должность ученика охотницы за привидениями, упомянув, что нас впечатлили его рекомендации и что он может при первой же возможности обратиться к Мелоди Биттерсвит, единоличной владелице агентства «Охотницы за привидениями» на Хай-стрит. Из-за этого названия мы с Мариной горячо поспорили на прошлой неделе. Она привела веские доводы в пользу «Охотниц за привидениями», хотя я все еще опасаюсь, что клиенты будут представлять, как мы прибываем к ним в жутких белых комбинезонах и засасываем назойливых призраков в рюкзаки за спиной.

Большой Арт одобрительно улыбается, глядя, как я складываю письмо пополам.

— Малыш Арт обожает Гарри Поттера, такая загадочность ему понравится.

— Боюсь, у меня нет совы-почтальона. – Я облизываю марку и приклеиваю на конверт.

Тем временем Арт-старший уже блекнет.

— Похоже, вы все-таки успеете на день рождения мамы, – шепчу я.

— Присмотри за ним.

— Постараюсь, – обещаю я в порыве чувств.

Я кладу письмо в корзину для исходящих писем. Глядите, я пользуюсь корзиной для исходящих писем! На мгновение замираю, смакуя легкое возбуждение от начала работы за своим столом, а затем, поразмыслив, достаю конверт из лотка и красной ручкой заглавными буквами пишу внизу: «Администрация с сожалением вынуждена сообщить, что вход на территорию с рептилиями запрещен». Пусть я и дала обещание мертвецу, но если Артур Эллиот заявится сюда с питоном, получит от ворот поворот.