Книга Дом на перекрёстке Времён. Мастер, страница 41 – Ирина Ульяненко

Её ответ оказался коротким. Она не стала расспрашивать о далёком будущем, требовать обещаний или объяснять Адели, какой жизнью следует дорожить.

Закончив, положила перо.

— Можно прочту вам?

Я кивнула.

— «Милая Адель. Я получила твоё письмо. Больше всего рада, что ты можешь спать спокойно. Не извиняйся за то, что попросила у меня помощи. Я хотела помочь и сделала бы это снова. Живи там, где сама решила жить. Если однажды захочешь приехать ко мне, приезжай. Тебе не нужно заранее придумывать причину».

Элеонора остановилась.

— Остальное личное.

— Конечно.

Она подписала листок и сложила.

Потом открыла ящик стола, вынула небольшой тканевый мешочек.

Внутри лежал напёрсток.

— Дайте ей. Мой. Помню, она всегда смеялась, что он мне великоват.

Я взяла мешочек.

— Ей будет приятно.

— Пусть пользуется, если подойдёт.

Издалека донёсся голос Сергея.

Я подняла голову.

Элеонора сразу поняла.

— Передайте Луизе, что я жду её нового рисунка.

— Передам.

Она проводила меня к дивану.

Перед тем как я закрыла глаза, наклонилась и тихо сказала:

— Спасибо, что не отправили Адель обратно только потому, что здесь её знали раньше.

⁂

Адель ждала в кухне.

Перед ней лежала раскрытая тетрадь. Луиза написала для неё несколько слов, которые часто звучали в нашем доме, и объяснила их значение.

Но сейчас девушка ничего не читала.

Увидев меня, сразу встала.

— Получилось?

Я протянула конверт.

Она узнала почерк ещё до того, как развернула письмо.

Читала стоя.

Потом села.

Мешочек с напёрстком остался у неё на коленях.

— Она не сердится.

— Нет.

Адель провела ладонью по листку.

— Сколько для неё прошло?

Я ответила.

Она долго смотрела перед собой.

— А я даже не знала.

Я села рядом.

— Она получила твоё письмо. Мы уже не сможем убрать из её жизни эти годы тревоги. Но сегодня она узнала, что ты в безопасности.

Адель кивнула.

Не сразу, но кивнула.

Потом развязала мешочек и достала напёрсток.

Надела на палец.

Он подошёл.

⁂

Под вечер она попросила показать ей сад.

Дождь закончился, на дорожках ещё стояли лужи. Адель вышла в одолженных у Клары брюках и тёплом кардигане. Перед крыльцом остановилась, придерживая слишком длинный рукав.

— Так можно ходить по улице?

— Можно.

— Никто не будет смотреть?

— На улице носят самую разную одежду.

Она осторожно спустилась по ступенькам.

Мы дошли до калитки.

По дороге проехала машина. Адель отступила на шаг, проводила её взглядом.

Потом посмотрела на меня.

— Куда ведёт эта улица?

Я показала, где магазин, где остановка, в какой стороне начинается парк.

Она внимательно слушала.

— Завтра можно будет пройти дальше?

— Да.

Адель положила ладонь на калитку, но открывать её пока не стала.

Постояла ещё немного.

Потом повернулась к дому.

— На сегодня хватит. Я хочу попробовать пришить пуговицу к кардигану. У него одна почти оторвалась.

Мы вернулись за иголкой и нитками.

На следующий день у калитки Адель остановилась.

На ней были джинсы Клары, мой кардиган и туфли, в которых она пришла из прошлого. Другой обуви подходящего размера у нас пока не нашлось.

Она посмотрела направо, потом налево.

— Мы пешком?

— Сначала да. Здесь недалеко есть магазин.

Адель кивнула и вышла на тротуар.

Я закрыла калитку.

Она сразу обернулась.

— Ключ у вас?

Я показала связку.