Книга Машка Попова. Первый курс, страница 19 – Ирина Ульяненко

И наконец, в-четвёртых, Денис Волков.

Этот гад сидел рядом, рисовал в тетради виселицу и подписывал под ней: «Попова М. С. Первый день обучения. Не выдержала нагрузки».

Машка посмотрела на рисунок, взяла ручку и пририсовала вторую виселицу: «Волков Д. А. Умер от собственной тупости. Случай признан безнадёжным».

Денис прочитал, хмыкнул и пририсовал между виселицами сердечко.

— Ты больной? — прошипела она.

— Пока нет. Но ты стараешься.

— Убери сердечко!

— Почему? Красиво же.

— Я тебе сейчас эту ручку в…

— Попова!

Голос профессора прозвучал словно приговор суда. Машка вскочила.

— Я не виновата!

Аудитория расхохоталась. Громов положил мел на стол.

— Интересное заявление. Особенно учитывая, что я ещё ни в чём вас не обвинял.

— Это на всякий случай.

— Садитесь.

Профессор посмотрел на Дениса:

— Волков, а вы чем занимаетесь?

— Конспектирую.

— Очень похвально. Покажите.

Денис побледнел. Машка оживилась: справедливость существует!

Громов протянул руку. Денис неохотно отдал тетрадь. Профессор изучил две виселицы, сердечко и подписи.

— Так. Попова умерла от учебной нагрузки, Волков — от тупости… А сердечко здесь зачем?

Денис кашлянул.

— Посмертная любовь.

Машка издала звук между кашлем, всхлипом и предсмертным хрипом.

— Попова, вам плохо?

— Нет, профессор. Просто душа покинула тело от стыда.

— Верните её обратно. До конца лекции ещё сорок минут.

Когда занятие закончилось, студенты высыпали в коридор с таким облегчением, словно их выпустили из исправительной колонии. Машка тоже попыталась улизнуть.

— Попова! — раздалось за спиной.

Она остановилась и повернулась. Профессор стоял возле кафедры.

— Вы, кажется, забыли, что я просил задержаться.

— Не забыла. Просто хотела проверить, хорошо ли работает дверь.

— Работает?

— Отлично.

— Прекрасно. Теперь закройте её с той стороны, чтобы никто нам не мешал.

Денис, проходя мимо, трагически прошептал:

— Прощай, Машуня. Ты была хорошим человеком. Местами.

— Если через десять минут не выйду, сообщи родным, что я умерла красиво!

— Причину смерти указать?

— Знакомство с идиотом!

Денис послал воздушный поцелуй. Дверь закрылась.

Громов сел за стол и некоторое время молча рассматривал Машку. Она стояла перед ним с видом человека, который случайно поджёг школу и теперь объяснял, что это научный эксперимент.

— Ну что, Мария Сергеевна. Давайте поговорим.

— Давайте.

— Вы всегда такая?

— Какая именно?

— Шумная, наглая и совершенно неуправляемая.

— Нет. Утром я ещё спать хочу.

Громов прикрыл глаза.

— Господи, дай мне терпения…

— Мама тоже так говорит.

— Не сомневаюсь.

Профессор вздохнул.

— Попова, вы понимаете, куда поступили?

— В медицинский университет.

— А зачем?

— Учиться.

— Чему?

— Медицине.

— Очень содержательный разговор получается.

— Я стараюсь отвечать точно.

Громов усмехнулся.

— Ладно. Давайте серьёзно. Почему патологоанатомия?

Машка перестала улыбаться.

— Мне правда интересно, профессор. Ещё в школе любила биологию. Особенно строение человеческого тела, болезни, изменения органов. Мне нравится разбираться, что именно пошло не так. Почему один человек жил до девяноста, а другой умер в тридцать. Что происходило внутри организма.

Она помолчала.

— И вообще, мне кажется, люди боятся смерти потому, что многого о ней не понимают. А я хочу понимать.