Книга (не) твоя Снегурочка. Не думай, не мечтай!, страница 3 – Ника Верон

«Наташ»? Четко расслышала женское имя — Наташ. А как же Катя, — едва не сорвалось с языка. Какая ей, собственно, разница, кто у него там сейчас — Наташа, Катя, Маня. Пусть хоть гарем соберет. У неё — своя жизнь. И он даже по касательной в той не проходит. Не будет проходить.

А он «завис» с телефоном в руке. Яхонтова. Собственной персоной. Глазам не верил. Думал, после того, как унеслась из конференц-зала, долго еще не увидит. Не вытерпела. Хотя, вряд ли его желала видеть. Заметил лист в руке. Какого черта. Работать сегодня точно не собирался. Вообще, планировал распустить сотрудников по домам прямо сейчас.

— Документы мне на подпись централизованно, через секретаря, — обронил сухо, оставляя телефон на краю стола. — Терпеть не могу, когда сотрудники своим бесконечным хождением отрывают от работы.

Вот так холодно? В самом деле? Кровь в висках застучала. Кажется — давление вот-вот подскочит. Еще не хватало.

— Я исключительно по личному, — постаралась придать тону максимальную твердость.

Ноги подкашивались. Сердце из груди грозило выскочить. Не думала, что подобным образом отреагирует на встречу с человеком, которого… Ненавидела! Да-да, именно — ненавидела. Всей душой!

— Тем более, — оставаясь непреклонным, посмотрел куда-то сквозь неё. Совершенно чужой взгляд. Другого она знала Белова. Даже когда лгал ей, когда изворачивался, будучи застуканным на месте «преступления», убеждая в том, что «это не то, что ты думаешь», а там и думать нечего было, с теплотой и надеждой на нее смотрел. А сейчас, как сквозь стену. — Есть часы приема.

Господи, какие часы приема, да еще два раза в неделю?! Когда вопрос необходимо решить здесь и сейчас. Встречать Новый год с прошлым — не имела никакого желания. Выходить на работу после праздников к человеку, который год назад, в такой же самый Новый год предал — и подавно!

— У меня — срочно, — выдала не раздумывая. Откуда только смелости набралась. Еще минуту назад трясло, как в лихорадке.

— Вопрос жизни и смерти, — то ли спросил, то ли озвучил очевидное Белов. А ей показалось? Или, действительно, усмехнулся? — Ладно, в виде исключения, — возвращаясь в кресло, кивнул он. — Давайте, что у вас там? — поинтересовался, протягивая руку.

«Вы», исключительно «вы». Холодно, максимально сдержанно. Совершенно не тот Белов, который… А чего, собственно, ждала? Еще год назад ненужной стала. Думала — перегорело всё, забылось. Ан — нет. Вот у него, кажется, как раз-таки и получилось прошлое оставить в прошлом. А она случайного прикосновения избежать постаралась, передавая исписанный лист.

— Вот…

«Вот» — брови изогнулись в неподдельном удивлении, когда пробежал глазами короткий текст. Вряд ли ожидались сюрпризы на новом месте в первый же час вступления в должность.

— Инна Евгеньевна, с чего вдруг принято подобное решение?

Холодный взгляд. Не менее казенный тон. Всё правильно. Перед ним — обычный, рядовой сотрудник.

Какой пожар бушевал внутри, даже представить себе не могла. Увидел её, едва в конференц-зал вошел. Поверить не мог. И Серега ни словом не обмолвился. Всё то время, пока представление шло. Старался даже случайно не глянуть. Внутри всё подниматься начало. Да и не только внутри. Брюки тесноватыми стали. Вот маньяком перед сотрудниками показаться совсем не хотелось. Не объяснять же каждому, что реакция подобная на одного единственного представителя офиса…