Книга (не) твоя Снегурочка. Не думай, не мечтай!, страница 7 – Ника Верон

— По всей видимости, и продолжается, — буркнул Белов, щелкая выключателем чайника.

Хотя ни чая, ни кофе — не хотелось. Нервное. Открытие. Год назад уравновешеннее чувствовал себя при разговорах о Яхонтовой. Хотя, вот как раз-таки год назад, при нем вопрос о ней старались и не поднимать.

— Уверен?

— Серег, она мне по морде съездила, буквально с пол часа назад, за предложение заняться сексом. Это о чем-то да говорит.

Трофимов молчал долго, при этом внимательно изучая друга.

— Наверно, будучи на её месте, я бы тоже — врезал, — выдал затем вслух, снова на какие-то мгновения задумываясь. — Боюсь, меня и Ольга четвертует и твоя Инна, если узнают. Но скажу, — продолжал, выпрямляясь в кресле. — Одна твоя Инка встречает Новый год. Дальше объяснять надо, относительно её личной жизни?

Минута полной тишины. Одна новость интереснее другой.

Внимательно присматриваясь к гостю кабинета, Макс неторопливо вернулся к столу. Без чая и кофе. Хотя чайник, закипев, благополучно «отщёлкнулся».

— В каком смысле — одна? — настороженно прозвучал вопрос.

— Да в самом прямом, — а Серёга уж точно знал наверняка, — мелькнула у Белова мысль, легче от которой, почему-то, не стало. — От всех приглашений отказалась, — подтвердил вслух непрозвучавшее предположение друга, Трофимов. — Ну, извини, присматриваю слегонца за твоей девочкой, — добавил на всякий случай, перехватывая непонятно настороженный взгляд владельца кабинета. — Ты же тоже у нас вон — волк одиночка с некоторых пор. С бабами после Инки не клеится...

Ситуация в данном случае другая была. Подцепить бабу — без проблем. А вот что дальше делать? Пока общение идет, вроде — да, «склеивается» что-то. А как к постели… Разово. Перед глазами — Яхонтова. С последней девицей не больше недели прообщался после того, как в постель уложил. В порыве имена спутал. Ни одна баба подобного не потерпит. Если не шлюха, конечно. А он данной категорией общества откровенно брезговал.

— Нормально у меня всё, — огрызнулся Белов, остановив друга.

— Нормально, а Инку до слез довел, — не унимался Трофимов, возвращаясь к проблеме дня. — Макс, ну, будь человеком, отпусти ты её. В офисе одна из женского персонала останется. Легче, что ли самому будет, что гадость сделал?

И вот тут… Прозвучало то, от чего Сергей поперхнулся воздухом:

— Спишь с ней, что ли? — а глаза Белова стали холодными, не по-доброму сузившись.

Ревновал. До сих пор. Не умерли чувства. Даже в спячку, как выясняется, не ушли.

— Совсем сдурел? — реакция Трофимова оказалась мгновенной. — У тебя, что там в мозг бьет?

Максимально резкий тон друга слегка отрезвил. Да, в самом деле, заносит что-то на поворотах. Общение с Яхонтовой бесследно не прошло. Не только визуалом своим напомнила о собственном существовании, но и личным общением. Как в руках сумел себя удержать, удивлялся.

— То самое, — проворчал Макс, задерживая секундный взгляд на «не уснувшем» до сих пор, мониторе. — Ладно, черт с тобой, — кивнул, над чем-то поразмыслив. — Прав ты, в общем-то, — признал очевидное, поинтересовавшись, — Сам ей скажешь или…

На самом деле, разговора с Яхонтовой сейчас не представлял. В лучшем случае, его молча выслушают. В худшем… Хотя, нет, истеричкой никогда не была. Даже когда с Катькой в двусмысленной ситуации на кухне застукала. Просто, совершенно спокойно, грохнула об пол тарелку с салатом, собрала вещи и уехала.