Книга Пока горят костры, страница 35 – Ника Верон

Чудо. Вот уж точно, чудесная ночь. Для него уж точно. Когда б еще, вместо ночного клуба, под звездным небом и в окружении костров отдыхал. Где-то Шерстрневу с его интригами и благодарность выразить можно…

Деревянная скульптура Русалки установленной в воде озера:

Переодевалась, наверно, бегом. Пакет с мокрой рубахой, бросив в общую кучу (интересно, и куда потом эти пакеты, — пронеслась секундная мысль), остановилась перед Иверским, терпеливо ее дожидавшимся.

— Я готова, — сообщила, нарушая возникшее вдруг молчание. — Удивляй.

Взглядом по девичьей фигурке скользнув, улыбнулся, произнеся вслух:

— Идем…

Лес… Не самая чаща. Буквально пара метров в глубь. В недоумении оглянулась. Да, папоротник. Настоящий. Чуть освещаемый луной… Темно зеленые листья сложно различимые в темноте. Хотя, в этот момент как раз луна кокетливо выглянула из-за туч. Странно, звездным, безоблачным небо всё гулянье было. Откуда вдруг набежала…

— Дима, мы говорили о цветущем папоротнике, — напомнила совсем тихо, словно от громкости фразы что-то зависело.

Отлично помнил условие. Собственно, марш бросок сестры с одним из его ребят-охранников в сторону небольшого городка, именно с исполнением пожелания Вешневой и был связан.

— Ты на растение смотри, а не на меня, — не пряча улыбки, посоветовал Иверский, с теплотой в тоне продолжая, — Цветет-то всего ничего.

Вот чего от самого себя не ждал! Взрослый мужик, а игру затеял. Или, все их, а если и не все, так уж точно многочисленные, проблемы от того и есть, что, взрослея, в игры играть перестают? Слишком рационально ко всему подходить начинают? Как с тем же папоротником…

Алёнка словно завороженная, наблюдала за происходящим. На одном из раскидистых кустов началось мягкое свечение, постепенно увеличивающееся. А затем куст заиграл переливами света. В темноте леса. Засветился. Весь.

— Это еще не все, — услышала голос Иверского у самого своего ушка. Ни единого прикосновения. Только голос и теплое дыхание. — Не знаю, как ты, а мне очень хочется, чтобы желание исполнилось, — добавил странно заговорщическим тоном.

— И? — сделала Алёна попытку развернуться к Дмитрию лицом.

— Не отвлекайся, — остановил ее намерение, сам выходя вперед.

Ночь, почти утро. Граница тьмы и света. Лес. Цветущий, ну, или, почти цветущий папоротник. И они — совершенно одни…

Еще одно растение. Теплое легкое свечение, медленно начавшее увеличиваться. Буквально на глазах, посреди куста «распустился» самый настоящий цветок. Поверить не могла. Вот это маленькое шоу Дмитрий Иверский, взрослый мужик, серьезный бизнесмен, устроил для неё?..

— Алена, я люблю тебя, — заговорил тихо, неторопливо сокращая возникшее между ними расстояние. — Прости, что кто-то заставил поверить в обратное. У меня не было никакой другой с того момента, как мы с тобой встретились. Ты — единственная. Никогда не врал.

— А если у меня с Шерстневым было?

К чему это упрямство, понять не мог. Да, могло быть. Допускал. Как реагировать? И какой реакции от него ждет девчонка… крутил в голове ситуацию. Видел. Сам. Что именно? Поцелуй в приемной. Демонстративное поведение Генки. Всё. Было бы, что, не сомневался, как-то продемонстрировал бы свою такую победу.

— Не хотел бы узнать, что так оно и есть, — вслух честно признался Дмитрий. — Только сильно сомневаюсь в том.