Книга Межгорье, страница 80 – Юлия Устинова

— О чем тут разговаривать? — вкрадчиво интересуюсь я. — Мы, кажется, все с самого начала выяснили.

Андрей кивает.

— Да. И я все испортил. Я не должен был притрагиваться к тебе снова. Но, оказалось, что я слабее, чем считал… Я не знаю, что происходит… Все сорок шесть, почти сорок семь, а ты молодая, у тебя вся жизнь впереди и, очевидно, что рано или поздно ты отсюда уедешь… Но сейчас, все эти дни, я думаю о тебе, Вика. О том, как нам было хорошо вместе. Я просыпаюсь и думаю: “Какого хрена она не со мной, не в моей постели?”… И дело даже не в сексе… Ты мне нравишься очень. Так сильно, что я даже уже и забыл, как это бывает. И я обещал себе, что больше не предприму никаких поползновений в твою сторону, и что в итоге?.. Знаешь, правду говорят — седина в бороду, бес в ребро. Еще Татьяна тут… Я смотрю на ее сына и постоянно думаю — ну что я за тварь? — его темные брови сходятся на переносице. — Из-за меня трехлетний ребенок видел, как отец бьет его мать…

Видно, как непросто Андрею далось его признание.

— Никто не идеален. А Татьяну никто не заставлял с тобой спать. Как, впрочем, и меня… Но тебе сложно противостоять. Неудивительно, что женщин к тебе тянет.

От слов Андрея в груди разливается приятное тепло.

А еще мне хочется его подбодрить. Полагаю, даже такие взрослые и самодостаточные люди, как Андрей Боголюбов, порой нуждаются в поддержке.

— Я просил Таню больше не приезжать сюда. Через неделю ее обещала забрать какая-то подруга.

— Это из-за меня?

— Нет. Просто так будет правильно. В общем, как ты смотришь на то, чтобы взять на себя уборку в бунгало? Потянешь? За дополнительную плату, разумеется. Татьяна у меня тоже одна была устроена, сестра ее просто за компанию приезжала. Так что… вот, — Андрей умолкает на полуслове, зачем-то оглядывается, а затем проводит ладонью по затылку.

Ему неловко просить меня об одолжении?

— Ладно. Без проблем, — пожимаю плечами.

Мне становится спокойнее от того, что дело не во мне.

— Спасибо.

Губы Андрея дрожат так, словно он собирался улыбнуться, но вдруг передумал. Я же чувствую необходимость прояснить все окончательно.

— Слушай, по поводу того, что ты сказал о… нас, — остановившись, привлекаю внимание мужчины. — Ты ничего не портил. Все нормально. Только лучше нам вернуться к тому, на чем мы вначале сошлись… Потому что, если мы продолжим, я буду надеяться на большее. Со мной что-то происходит в последнее время. Я с чего-то решила, что имею право надеяться на большее. Не с тобой, а в принципе, — бормочу я, опуская голову.

— Вика… — протянув руку, Андрей поправляет волосы, одновременно гладя большим пальцем мою скулу. — Будь я помоложе, ты бы никуда от меня не делась.

— Какие опасные заявления, Андрей Викторович, — чтобы подразнить мужчину, посылаю ему многозначительный взгляд.

Андрей улыбается.

— Не называй меня так. Я себя совсем старпером чувствую.

— Ты не старый, — снова напоминаю ему.

— Еще нет. Но хотим мы этого или нет, годы берут свое. Я бы мог быть твоим отцом. Или дядей, — добавляет он тихо и мягко.

— Я бы хотела иметь такого отца, как ты. Или дядю…

Я наслаждаюсь тем, как его пальцы ласкают мою кожу.

— Что с Климом? Он тебя не обижает? — интересуется Андрей, опуская руку.

Взглянув в лицо мужчины, я ожидаю увидеть подозрение, но встречаю лишь заботливое выражение.