Книга Межгорье, страница 156 – Юлия Устинова

Почему он меня выбрал, а не ее?

И мне по-прежнему не все равно на то, что между ними когда-то было. Ну не дура ли?

В растрепанных чувствах я подхожу к прилавку у стены, где выставлены самые ходовые товары — стиральные порошки, шампуни, канцелярия, мыло, подгузники, нитки, заколки и все такое. Продуктов немного. В небольшом ассортименте имеется чай, кофе и кондитерские изделия.

Выбрав хорошую коробку конфет и пару пачек зеленого чая самой лучшей марки, я подхожу к прилавку.

Даша не торопится меня обслуживать, продолжая пялиться в свой телефон. Тогда я откашливаюсь, намекая девушке, что она все-таки находится на рабочем месте, а мне до лампочки на ее пассивную агрессию.

Поджав губы, Дарья встает и бросает презрительный взгляд на мой скромный набор.

— Это все? — поправляет свои выпрямленные утюжком длинные светлые локоны.

У меня першит в горле. Я, почему-то, представляю, как Клим наматывал на кулак эти самые волосы…

— Да.

— Может, лотерейный билетик? — язвительным тоном предлагает девушка.

— Нет. Мне никогда не везет, — отвечаю я безо всякого сарказма.

Даша поднимает на меня глаза, а я, наоборот, опускаю их на ее шею, и у меня сбивается дыхание.

У девушки точно такая же золотая цепь-чокер с подвеской в виде медвежонка, что и на фотографии Лилиной дочери.

— Нравится? — заметив мой интерес, спрашивает Даша.

— Да, симпатично смотрится.

— А тебе он такое не дарит? — ухмыляется девушка, проводя по шее ухоженными ноготками.

Я тушуюсь.

— Ты о чем? Кто не дарит?

— Ты знаешь… Это его подарок, — она изгибает бровь.

Я сглатываю, чувствуя, как к горлу подкатывает смутная паника.

— Чей? Ты о чем?

Дарья изображает скуку на лице. Ответ повисает в воздухе. Ведь я уже знаю, что она скажет.

— В смысле, “чей”, — передразнивает меня девушка. — Клима, конечно.

Что-то не дает мне покоя, и я не понимаю, что…

Андрей давно уехал. Он звал меня с собой, но Лиля уговорила остаться еще на одну ночь, сказав, что ее большой дом так давно не видел гостей. Да я бы и сама уже назад не поехала. Клима там нет, все мосты сожжены, ни к чему эти глупые метания с места на место.

Встреча с Дашей все не идет из головы. Неужели она думала, что я поверю в ее историю с подарком Клима? Подобные романтические жесты — совсем не про него. Она просто хотела позлить меня, и у нее в очередной раз получилось… Вот только чокер с подвеской… Или мне показалось, и это было очень похожее украшение.

Оглянувшись, я смотрю под дверь Лилиной спальни, где горит полоска света, встаю с дивана и тихо добираюсь до комнаты ее дочери.

Все как-то странно, сумбур в голове, но в этой мысленной неразберихе то и дело вспыхивают красные искры.

Может, у меня совсем крыша поехала, или я перечитала Чейза из библиотеки Боголюбова, но мне нужно еще раз взглянуть на фотографию Алины.

Прикрыв за собой дверь, я нащупываю выключатель. Вдоль стены высится куча из пакетов, которые я обещала забрать с собой, чтобы отдать в какой-нибудь “вещеворот”. Я сажусь в кресло в рабочей зоне и провожу ладонями по столу. Днем я оттирала с белой столешницы следы от графита, и сейчас на ней нет ни пятнышка. Я не знала, что делать с несколькими папками для черчения, где лежали рисунки девочки, и с целым ящиком карандашей, наждаков и ластиков, и просто все аккуратно сложила. Все-таки рисунки — это не юбки и не блузки, в них юная художница вложила свою душу. И, возможно, однажды настанет день, когда Лиля сможет взглянуть на них без слез. Это же такая память.