Книга Полуночная экскурсия. Часть 2, страница 78 – Ричард Карл Лаймон

Неужели я один не сплю в этот час?

Стараясь не шуметь, он вошел в номер. Там было жарко и душно. Он включил свет и осмотрелся. На тумбочке лежали разбитые очки Джона. Там же был телефонный справочник, в котором он нашел адрес Линн.

Джона не было.

А ты думал, он тебя опередил? Он все еще там, наслаждается жизнью.

Или уже мертв.

«Он вернется, – сказал себе Оуэн. – В любую минуту он постучится в дверь, желая войти. А потом начнет распространяться о том, что я пропустил».

В ванной Оуэн закрыл и запер дверь. Затем он снял с себя одежду. Она была грязной и потной. Положив ее на пол в углу, он наклонился над ванной и пустил воду. Она с грохотом полилась из крана.

Он надеялся, что шум воды никого не побеспокоит.

Но он должен был принять душ.

Он сделал это быстро.

Пока он стоял под горячей струей, ему казалось, что он слышит голоса, что люди стучатся в дверь его номера, что звонит телефон.

Но когда он вышел, никого не было.

Красная лампочка на телефоне не мигала, значит, никто не звонил и не оставлял сообщений.

Он вернулся в ванную, но не стал закрывать дверь, пока вытирался, чистил зубы, ходил в туалет и спускал воду в унитазе.

Закончив все дела в ванной, он порылся в чемодане и вытащил пижаму. Она была белой и аккуратно сложенной. Он вообще не надевал ее с тех пор, как уехал из Лос-Анджелеса, но сегодня ночью ему, возможно, придется вылезать из постели, чтобы впустить Джона. Поэтому он надел ее.

«Наверное, придется его впустить», – подумал Оуэн.

Затем он быстро осмотрел кровать. Довольный тем, что между простынями нет ничего неприятного, он выключил свет и забрался в постель.

Это было прекрасно.

Он удовлетворенно вздохнул, закрыл глаза и уснул.

И очнулся в темной комнате, потный и задыхающийся, с колотящимся от страха сердцем.

Он сел и включил лампу на тумбочке. Он посмотрел на свои наручные часы.

3:20

Он посмотрел на другую кровать.

Где же он, черт возьми!

Оуэн выключил лампу. Он плюхнулся обратно на кровать и откинул одеяло. Даже под простыней ему показалось слишком жарко, поэтому он откинул ее тоже. Он закрыл глаза и попытался заснуть.

В его голове царила неразбериха, кружились, сменяя друг друга, бесконечные сцены с участием Джона, Дэйны, и Линн, и прекрасной, но опасной незнакомки. Или того, кто прятался – или что пряталось – в кустах неподалеку. Даже с участием Моники. Одни картины приводили его в ужас. Другие терзали чувством вины. Одна всколыхнула в нем надежды на любовь. От некоторых он приходил в возбуждение. Он корчился на кровати, влажная пижама перекрутилась вокруг его тела. Он уже не знал, когда бодрствовал, а когда спал. Поток картин не прекращался. Они казались слишком яркими, чтобы быть снами. И были больше похожи на галлюцинации.

Время от времени подъезжали машины. В дверь стучали, и он поднимался с кровати, думая, что Джон наконец вернулся. В первый раз Джон стоял без головы. В другой раз с ним, казалось, все было в порядке, но он задыхался и был сам не свой.

— Впусти меня! Впусти меня! За мной гонятся!

— Кто за тобой гонится?

— Огромная белая обезьяна! Впусти меня!

В следующий раз, когда Оуэн открыл дверь, Джон был голый, разодранный и весь в крови, его твердый отрубленный пенис торчал изо рта, как сигара.

– Дать прикурить? – спросил Оуэн.