Книга Грань безумия, страница 102 – Анастасия Пименова

Я бросаю короткий взгляд в сторону папы и переключаю передачу, так как и эта машина оказывается на механике, увеличивая нашу скорость.

Одна из пуль попадает в лобовое стекло!

— Всем пригнуться! — велит папа, и я спускаюсь ниже, понимая, что военные выпускают пули в безумных, но попадают и в обычных людей, машины.

От каждого выстрела вздрагиваю, но не отклоняюсь от маршрута.

Замечаю, как безумный кидается на военного, что не успевает среагировать и лишь рефлекторно продолжает нажимать на спусковой крючок винтовки, стреляя во все подряд, пока в него вгрызается эта тварь.

Одна из пуль попадает в капот нашей машины, и я молюсь, чтобы она не задела двигатель.

Очередной выстрел, и раздается глухой хлопок.

Машину резко ведет в сторону. Руль трясет, и я понимаю, что пробито колесо.

— Чёрт! — выкрикиваю я, пытаясь выровнять авто, но машину начинает мотать из стороны в сторону.

— Держитесь! — громко произносит папа, хватаясь за переднюю панель.

Я пытаюсь выровнять машину и даже сбавляю скорость, слыша скрежет металла и чувствуя, как с моей стороны она проседает вниз. Появившийся безумный прыгает на капот, загораживая обзор, и я кручу рулем.

Мы влетаем в витрину небольшого магазина на первом этаже здания. Стекло взрывается, осыпая наш транспорт и безумного осколками. Металл скрепит, машина затормаживает, врезаясь в стойку внутри, а безумного прижимает к этой стойке.

Ремень безопасности не дал встретиться моему лицу с рулем, а подушка безопасности выстрелила в последний момент, дезориентируя на секунды.

Клубы дыма и пыли поднимаются в воздух.

Я едва кашляю и открываю глаза.

— Все целы? — хриплю, оглядываясь.

— Да… Мэдисон, Кларисса?

— Всё нормально, Ричард.

— Тогда выходим. Живо! — командует отец, и мы открываем двери, когда я слышу тихое рычание спереди.

Взгляд касается того безумного, что ещё жив, хоть его тело и перебито, а из живота струей вытекает кровь.

Он скалится, глядя на меня, и всё внутри замирает. Эта картина заставляет на мгновения выпасть из реальности.

Ему всё равно.

Новый выстрел и рывок в сторону напоминает, где я нахожусь.

Снаружи слышатся выстрелы, вопли, визг. Безумные уже несутся в нашу сторону, привлечённые шумом аварии.

— Шоу, быстрее! — велит отец, отдавая мне мой рюкзак, который я тут же накидываю на плечи.

Папа идет впереди, а мы с Мэди прямо за ним, миссис Солинс сзади.

Выбегаем из магазина и несемся в сторону переулка, до которого совсем немного не доехали.

Не пойму, кто стреляет, кажется, что все. Безумные падают на землю буквально в нескольких шагах от нас, когда мы проносимся мимо, не останавливаясь.

В переулке оказывается людей не меньше, чем там, где мы были минуту назад.

Я беру Мэди за руку, чтобы нас не разделили. Сама стараюсь держаться за отцом.

Испуганные лица незнакомцев так и мелькают перед глазами, когда мы выбегаем на более широкую улицу.

Здесь ситуация не лучше.

Военные пытаются сдержать напуск, но всё безуспешно. Вертолеты продолжают парить над городом, и в этот момент стреляют. Сверху.

Пригибаюсь, пряча голову.

Резкая боль пронзает плечо.

Я вскрикиваю, оступаясь, и хватаюсь за руку, кровь течёт между пальцами.

Пуля! Меня ранило.

Всё тело сотрясается от боли, голова пульсирует, зрение плывёт, из-за этого теряю отца из вида и спотыкаюсь обо что-то.