Книга Призрак, страница 83 – Анастасия Пименова

— … её! — это единственное слово, которое различаю.

Один, два, три… семь! Их семеро, и то это только те, кого я смогла увидеть.

Дело не просто плохо, а очень и очень хреново.

Рюкзак тянет вниз, бьёт по спине, смещается, мешает держать равновесие, и на долю секунды в голове мелькает предательская мысль бросить его, оставить где-нибудь здесь к чёрту, станет легче, быстрее, проще, но я тут же отметаю её. Нет. В нём почти всё, что у меня есть. Если я его брошу, даже если убегу сейчас, дальше мне всё равно не выжить.

Я цепляюсь за ремни, сжимаю зубы и продолжаю бежать.

Лес вокруг сгущается. Свет становится рваным, пятнистым, тени ложатся под ноги так, что я пару раз едва не лечу лицом вниз, успевая в последний момент выставить руку или перескочить через корягу. Ноги горят, икры сводит, ступни ноют от каждого удара о землю, но я всё равно ускоряюсь, когда слышу позади треск веток и чужие голоса. Уже ближе, чем хотелось бы.

Бегу уже на одном упрямстве, на злости и каком-то животном инстинкте, который не спрашивает, сколько осталось сил и вообще есть ли они. Дыхание давно сбилось, каждый вдох рвёт грудь, словно лёгкие обмотали колючей проволокой, а выдох выходит коротким, хриплым, почти болезненным. Я перестаю понимать, сколько времени прошло, минуты это или уже вечность, и насколько далеко я убежала от дороги.

Звук пули заставляет вздрогнуть всем телом, и я понимаю, что… да они стреляют в меня!

Ещё короткие выстрелы, и я прячусь за ствол дерева в тот момент, когда рядом проносятся пули. Я буквально ощущаю их кожей.

Снова бегу.

Воздух режет горло, во рту привкус железа, и я уже не уверена, это от усталости или я где-то прикусила язык.

Выстрелы.

Прячусь.

Вглядываюсь в чащу, выискивая хоть что-то… овраг, камни, бугор, любую возможность замедлить их или спрятаться. Ничего!

Достаю револьвер и бегу, оборачиваясь и стреляя в мужчину, который оказывается уже слишком близко! Промахиваюсь. Стреляю… промахиваюсь! На ходу я ни разу в жизни до этого не стреляла.

Пока решаю не тратить дальше ни время, ни пули, поэтому снова несусь вглубь леса.

Правда, из-за рюкзака очень сильно замедляюсь и теряю драгоценные минуты.

Почти не слышу следующего собственного выстрела, только резкий толчок в руке и крик впереди. Мужчина, который появляется практически из ниоткуда слишком близко, стреляет, но я нажимаю раньше. Пуля попадает ему плечо, его разворачивает, он орёт так, что звук режет по нервам.

Что-то врезается мне в ноги сбоку, мир переворачивается, земля летит в лицо, воздух вышибает из груди так, что я не могу вдохнуть. Кто-то кричит, зло, коротко, и я, падая, стреляю почти вслепую, куда-то назад, не видя цели, просто по движению, по шуму.

Щёлк.

Ещё раз.

Пусто.

Осознание того, что патроны закончились, приходит мгновенно.

Я перекатываюсь на бок и вижу их. Не семеро. Трое. Остальные… либо отстали, либо остались с раненым, либо просто решили, что хватит. Мысль скользкая, но цепляюсь за неё, потому что больше цепляться не за что.

Достаю другой револьвер, но направить на кого-то из них не успеваю. Удар ногой выбивает его из руки, металл звякает, исчезая где-то в листве.

В следующий момент кулак врезается мне в лицо, так сильно, что всё плывёт, белеет, а во рту тут же становится тепло и солёно. Я инстинктивно дёргаюсь, сбрасывая рюкзак, лямки соскальзывают с плеча, и он падает рядом.