Книга Легион, страница 36 – Анастасия Пименова

А сейчас наоборот.

Я лежу, глядя в темноту перед собой, слушая собственное дыхание, которое постепенно выравнивается, и ловлю себя на том, что впервые за долгое время не прислушиваюсь к каждому шороху, которых в принципе, более не слышала с того момента, как мы выбрались из туннелей. Никаких безумных, словно они остались где-то там.

Не жду удара. Не прокручиваю варианты побега. Просто… лежу и вспоминаю Райана. То, что совсем недавно мы тоже так лежали, не прям так, но обнимались.

Я делаю тихий вдох и вдруг понимаю, что начинаю говорить, сама даже не знаю, почему и зачем. Может, мне просто хочется выговориться или… не знаю.

— У меня был парень, — произношу почти шёпотом. — Пять лет, — добавляю чуть тише. — Мы были вместе пять лет, — смотрю в потолок, которого почти не вижу, только угадываю очертания. — На годовщину мы решили поехать в дом его родителей неподалеку от озера, не так важно, просто он находился в отдаленности. И Райан… — на секунду запинаюсь, но продолжаю, — решил сделать мне предложение, — губы чуть дёргаются, но это не улыбка. — Романтика, всё такое. Даже подготовился. Место выбрал, слова, наверное, тоже репетировал. А я… не ответила. Не потому что не хотела, наверное… просто… мне казалось, что ещё рано, не время и не место, что мы оба молодые и все такое. Да и мне стыдно в этом признаваться, я забыла про нашу пятую годовщину, — не знаю, слушает ли меня Блейк, может быть, он уже и вовсе уснул, но я не останавливаюсь. — А после буквально через пару минут… мы услышали шум. Сначала подумали, что кто-то заблудился, нужна помощь. А потом появился он, — сглатываю. — Безумный. Тогда мы ещё не знали, что это… что они такие. Он бросился на нас. Всё произошло слишком быстро. Райан… он закрыл меня собой, а безумный задел его. Не так сильно, но уже передал ту заразу, о который мы даже ничего и не знали. Мы даже не придали этому значения, — молчание затягивается на секунду, потом я снова говорю, уже медленнее. — Мы поехали в город. Хотели понять, что происходит. И увидели… всё это, — картинки мелькают одна за другой. — Люди. Крики. Кровь. Паника. Будто весь прежний мир рухнул за пару суток. Тогда мы вернулись домой. И все. Райан умер там, когда мы уже собирались уезжать в наш родной город. Быстро.

Я втягиваю воздух, медленно выдыхая.

— И… я знаю, что так говорить нельзя. Нельзя радоваться таким вещам, — смотрю в темноту, словно там есть ответ. — Но я рада. Рада, что он умер человеком. Что он не стал… этим, — я едва заметно качаю головой. — Что мне не пришлось… — запинаюсь, подбирая слово, — убивать его.

Я лежу, чувствуя, как где-то внутри что-то сдвинулось, как будто из-за произнесённого вслух стало немного легче.

— Знаешь… — тихо добавляю, не отрывая взгляда от темноты над собой. — Сейчас я понимаю, что времени у нас, оказывается, было совсем немного. — Слова даются легче, чем я ожидала. — Мне казалось, что впереди… ну, знаешь, вся жизнь. Что можно не торопиться, что можно отложить, подумать или решить позже. Позже, — повторяю. — Отличное слово. Весьма удобное.

Пальцами трогаю ткань чистого комплекта постельного белья, которое нашлось в этом доме. Тут в целом, не считая того легкого слоя пыли, предельно чисто. Мне нравится.

— Мы всё время думаем, что у нас есть это «позже». Что можно не ответить сейчас, не сказать сейчас, не сделать сейчас… потому что будет ещё шанс, — совершаю короткий вдох. — А потом оказывается, что нет. Никакого шанса… никакой жизни.