Книга Как повзрослеть, не умерев, страница 43 – Джиён Кан

— Джэи, выпей это, и давай сегодня спать все вместе.

Дверь в гостевую комнату открылась и на пороге появился Юджин с пакетом клубничного молока.

— Не хочу. Я и так слишком толстая. Поэтому сегодня мне было стыдно.

Из-за слишком короткого комбинезона Джэи пришлось весь день смущенно стоять в стороне. Даже ребята из детского сада, с которыми она встретилась после долгой разлуки, не узнали девочку.

— Это молоко поможет тебе похудеть. Честно-честно, – сказал Юджин необычно спокойным и ласковым тоном.

Хотя от него все еще сильно пахло алкоголем, Джэи выглянула на кухню через открытую дверь. Чтобы избежать падающих лезвий, о которых говорил Джунсо, она выбросила в ручей все ножи, которые нашла в доме. На ужин девочка съела только пачку чипсов, поэтому была голодна. Она не особо верила, что от молока можно похудеть, но это было неплохое оправдание, чтобы утолить голод. Юджин уже влил ей в рот немного молока, и Джэи проглотила его. Она сделала всего три или четыре глотка, и у нее закружилась голова. На языке осталось какое-то горькое, неприятное послевкусие. Под невнятное бормотание Юджина Джэи уснула.

Когда девочка снова пришла в себя, дом был охвачен пламенем. В гостиной стояла большая кастрюля, в которой бабушка всегда варила суп на праздники. В этой кастрюле горел угольный брикет, и пламя уже перекинулось на ковер на полу. А от ковра огонь перепрыгнул на обои, деревянный стол, стулья и проводку. Он пылал даже на деревянной полке для обуви, поэтому Джэи не могла подобраться ко входу и покинуть дом. Единственной комнатой, где огня еще не было, оказалась ванная. Джэи поспешила туда, набирая на ходу номер Соён. Потолочный светильник с треском погас, а лист гипсокартона отвалился от стены и начал крениться в сторону Джэи. Ей хотелось закричать, но она не могла издать ни звука. Соён не ответила на звонок. Девочке нужно было оказаться в ванной, пока ее не придавило гипсокартоном, но из-за едкого дыма она не могла долго держать глаза открытыми. Тут из спальни послышался голос, зовущий Джэи. Это была ее мама, Ынхе.

— Я же так старалась тебя вырастить…

Ынхе лежала, придавленная мертвым телом Юджина, у которого изо рта шла пена. Джэи была слишком мала, чтобы взять на себя ответственность за собственную мать. Но она знала, что, если просто отвернется от нее, то будет жалеть об этом в следующей жизни. Джэи чувствовала себя так глупо, потому что беспокоилась о следующей жизни, хотя у нее не было даже завтрашнего дня.

Подбежав к матери, она со всей силы пнула Юджина ногой. Безответственный человек, который пытался убить себя, свою жену и дочь из-за акций, упавших, как лезвие гильотины, бессильно перекатился на пол-оборота в сторону. Ынхе с трудом дотянулась до руки Джэи. Они вдвоем, словно по команде, побежали в ванную и закрыли за собой дверь. Джэи ощутила, что умирает. Ее дыхательные пути и легкие уже были обожжены горячим дымом. За окном завыла сирена. Звук бьющегося стекла смешался с шумом воды. Девочке казалось, что сам дом накренился к ручью. Джэи снова позвонила Соён и пробормотала извинения, как только на другом конце трубки раздался знакомый голос. Через некоторое время наступил конец света. Ынхе, до этого перепачканная пеплом, сидела на унитазе с совершенно чистым лицом. Заполненная дымом ванная комната с провисающим потолком тоже стала чистой и теперь была отделана светло-серой матовой плиткой.