Книга Госпожа Сим – киллер, страница 93 – Джиён Кан

— Хан Пёнпхаль! Выходи, зараза!

Теперь уже не мужчина, а матушка звала резервиста. Дверь едва приоткрылась, и за ней блеснули черные глаза Хан Пёнпхаля. Мужчина следил за происходящим, борясь с приступами тошноты, подкатывавшими от выпитого алкоголя. В конце концов Хан Пёнпхаль настежь распахнул дверь во двор. Хан Пёнпхаль представлял собой весьма интересное зрелище, пока шел к нам неуверенной походкой, прилизывая руками сорочье гнездо из спутанных волос.

— Хозяйка, вы вернулись? – Хан Пёнпхаль опустился на колени перед матушкой, склонив голову.

Сверху на него обрушился кочан пекинской капусты, запущенный матерью.

— Я слышала, что ты соблазнил девчонку и свалил в закат? А ну, выкладывай все, пока я тебя не прибила.

Когда страсти накалились до предела, наши постояльцы распахнули двери и высыпали на улицу, чтобы посмотреть, чем все обернется.

— Мы встречались, потом расстались. Вы сами знаете, что я не в состоянии сейчас содержать семью. Я отпустил ее, чтобы она могла найти спутника достойнее. Понимаете? Я расстался с ней, потому что люблю ее. Вот и все.

Мужчина с мокрой насквозь задницей резко вскочил и побежал к Хан Пёнпхалю. Он едва держался на ногах и, пока добирался до того места, где в ожидании расплаты сидел Хан Пёнпхаль, дважды упал на колени. Кое-как мужчина все-таки дополз до резервиста и схватил его за шиворот.

— Что ты мелешь? Говорил, в медицинском учишься. Но я разузнал, оказывается, ты не смог сдать экзамены не один-два, а пять раз подряд. Похоже, родителям так осточертели твои выходки, что они решили отправить тебя в армию. Что ты наплел моей сестренке? Сказал, что работаешь санитаром?

Я понял вдруг, что Хан Пёнпхаль ни разу не сказал, сколько ему лет. До этого момента я даже не знал, как его зовут. Мы называли друг друга «приятель» – такие вот отношения. Значит, мы с ним были ровесниками. Мне казалось, что он учился на философском факультете, потому что постоянно упоминал то одного, то другого философа, но и эта догадка, как выяснилось, была неверной. Хан Пёнпхалю пришлось уложить мужчину спать в своей комнате. Тот очнулся почти на закате, успокоил желудок похмельным супом из ростков сои, который сварила матушка, потом хорошенько избил Хан Пёнпхаля и ушел восвояси.

Вскоре Хан Пёнпхаль женился на его сестре, девушке по имени Ли Окча. Узнав о ее беременности, он той же ночью собрал все свои вещи и подло сбежал к нам из пансиона, находившегося напротив одного из государственных университетов. Хан Пёнпхаль женился без любви, что соответствовало его убеждениям. Однако изначальная цель исследования – вступить в брак, вычеркнув любовь, ради всеобщего и вселенского мира – не была достигнута. И все из-за другой девушки, которую звали Пак Сохва.

Раньше в нашем пансионе не было девушек. Мы располагались прямо около университета, известного инженерными специальностями, в нем учились преимущественно парни. А если там и были студентки, то они предпочитали жить в общежитии или в исключительно женском пансионе, нежели в таком, как у нас, – кишащем парнями с коварными помыслами. Однако, когда Хан Пёнпхаль освободил комнату, на его место пришла Сохва.

— Комната очень маленькая. С потолка сыпется грязь, еще и сквозняк ужасный. Немыслимо просить за нее восемьдесят тысяч. Вот, возьмите семьдесят.