Книга Первый ящик снизу, страница 50 – Паоло Дельмастро

Я прошел несколько шагов, отделяющих меня от входа в бар. Свежесть утреннего воздуха сменилась тяжелым, неподвижным зноем. Нырнув в искусственную прохладу полутемного зала, я сел за столик и заказал сэндвич и кока-колу. Прогулка по центру города пробудила аппетит, но главное — мне нужно было дождаться удачного момента, чтобы попасть на террасу Морабито. Я внимательно осматривался, стараясь запомнить в мельчайших подробностях путь, по которому мне предстояло вернуться обратно: спрыгнув со стены на террасу отеля, я должен буду обогнуть прямоугольное здание бара, чтобы добраться до двери, ведущей внутрь гостиницы.

Время приближалось к двум часам дня. В этот обеденный час я оказался единственным посетителем, и это, безусловно, играло мне на руку. Спокойно доев свой сэндвич, я попросил записать его на мой счет и просто сидел, ожидая подходящего случая, который вскоре представился.

В какой-то момент бармен скрылся за дверью кухни, и я остался в полном одиночестве. Я решил, что время пришло, и, не теряя ни секунды, встал и стремительно вышел из бара. Однако вместо того, чтобы повернуть направо, к двери отеля, я прошел вдоль стеклянной конструкции и через несколько секунд уже стоял у бетонной стены. С минимальным мышечным усилием, воспользовавшись одним из вазонов как ступенькой, я подтянулся на руках и, перемахнув через невысокое ограждение, оказался на крыше соседнего дома. Я огляделся по сторонам. Терраса Морабито имела форму правильного прямоугольника и была обставлена весьма элегантно: изысканное напольное покрытие «под дерево», удобные уличные диваны, круглые столики с коваными опорами и столешницами из матового стекла, вмонтированные в пол светодиодные светильники и множество декоративных растений. Из дома на террасу выходило широкое французское окно, защищенное решеткой безопасности. Разумеется, я не рассчитывал найти окна распахнутыми, и меня не пугала вероятность того, что придется взломать замок, — к такому повороту я тоже был готов. То, что меня беспокоило, — это наличие видеонаблюдения, которое могло зафиксировать мое вторжение и подать сигнал тревоги. Я тщательно осмотрел все стены и уличные фонари, но следов видеокамер не обнаружил. Судя по всему, Морабито чувствовал себя здесь в безопасности или, по крайней мере, не ожидал визитов сверху. О, как он ошибался! Как часто кара настигает нас с небес.

Я внимательно осмотрел решетку, не прикасаясь к ней. Не было ни проводов, ни электронного замка — никаких проблем. Я достал из кармана набор отмычек, перепробовал несколько, прежде чем нашел подходящую, и вскоре раздался характерный щелчок: замок открылся. С французским окном тоже не возникло проблем, и уже через минуту я был внутри. У меня не было сомнений, что квартира пуста, но все же оставался начеку. Осторожно закрыв за собой железную решетку и стеклянную дверь, я присел за спинкой большого кресла и затаился, стараясь уловить даже самый слабый шорох. Прошло несколько минут, и все, казалось, было спокойно. Решив пока не покидать своего укрытия, я осмотрелся вокруг. Я оказался в просторной комнате, разделенной на две зоны. С одной стороны была гостиная. Там стоял длинный угловой диван из черной кожи, на котором могло разместиться минимум человек десять. Диван был обращен к стене с гигантским плоским экраном, к обеим сторонам которого были придвинуты кресла — за одним из них скрывался я. На противоположной стороне комнаты располагалась столовая, в центре которой стоял огромный прямоугольный стол длиной не меньше трех метров. Его опорная структура напоминала оригами, искусно сложенное из тонкого листа алюминия. Поверх ажурной опоры красовалась столешница из дымчатого стекла. На стене висела большая абстрактная картина в бело-черно-красных тонах. «Весьма неплохо, — подумал я. — У молодого Морабито, похоже, есть вкус».