Книга Белая целительница: вас много, а я одна!, страница 87 – Елена Свободная

Лошадь я брать не стала. Всаднику сложнее затеряться, тем более, в лесу, а моей первой целью был перелесок на севере столицы. Благодаря тому, что за последний месяц я хотя бы попыталась немного вникнуть во все текущие и стратегически важные дела королевства, я точно знала, что в ту сторону стягиваются остатки самых потрепанных армий. Кто-то остался без генерала, кто-то — без большей части боевых товарищей. В такой компании риск, что меня узнают в лицо, был достаточно велик (сколько их прошло через мой госпиталь и лично через мои руки), но прятаться всегда лучше на самом видном месте.

Выбравшись из дворца, я бодро зашагала по улицам только-только начавшего просыпаться города, бесстрашно срезая путь переулками и сомнительными подворотнями. Магии у меня, конечно, не осталось, но я и голыми руками могу взять анализы из такого места, до которого любой другой целитель не долезет, просто потому что не знает о его существовании!

К вечеру я добралась до расположения человеческих армий. Какие там часовые! Они были вымотаны похлеще меня. Никто не обращал внимания на скользящую за кустами тень в невзрачной одежде. А я шла вдоль полумертвых от усталости людей, готовящихся к ночлегу, раздолбанных и кое-как отремонтированных телег, лошадей, о которых заботились в первую очередь... От походной кухни шел непередаваемый аромат подгоревшей каши, однажды попробовав которую, вряд ли забудешь ее вкус. В голове билась только одна мысль: "Наконец-то эта война действительно закончена. Я положила ей конец. В течении месяца все, кто выжили, будут демобилизованы... А если у меня еще и все получилось с Сердцем Мира, у них будет неплохой шанс дожить до старости". Насчет долго и счастливо, я, конечно, не обольщалась, но почему бы и не да?

Могла ли я сделать больше, оставаясь королевой? Скорее всего. Но кто тогда поручиться за мое личное "долго"? Лично я бы не поставила на свою жизнь даже тухлую морковку, которую здешний повар использовал для зажарки, якобы отбивающий привкус прогорклого сала. Ага, как же! Между тем, в столице шла другая, почти мирная жизнь, и от этого контраста становилось не по себе. Я давно не строила иллюзий насчет свободы, равенства и братства, но все равно верила, что нормальная жизнь возможна для всех, кто ее действительно хочет. Иначе ни за какие блага мира не согласилась бы на сомнительное предложение Балдра.

В отдалении послышались крики, которые ни с чем не спутаешь, поэтому, быстро приняв решение, я уже в открытую зашагала в ту сторону. Кто бы сомневался! Санитарная часть здесь была организована из рук вон плохо, целители бегали и суетились, как курица с отрубленными головами, раненные орали и стонали, а добровольные помощники, помогавшие разгружать телегу, больше вредили. Закатив глаза и выругавшись как следует, я поглубже натянула косынку и перевязала покрепче узел, чтобы ни мои белые волосы, ни острые уши не помешали делать то, что я умею лучше всего.

Мне не нужна была плата, поэтому я не стала искать главного. Я просто подошла и подставила плечо следующему раненому. Нет ничего проще, чем затеряться в такой суете. Первые полчаса на меня даже не обращали внимания. Потом кто-то сунул в руки бинты, кто-то позвал подержать самодельную капельницу, кто-то попросил воды.