Книга Венец из волчьих ягод, страница 10 – D. Scriptor

Шульги говорил, что королева Каланта собиралась зайти, поэтому для встречи с ней я выбрала красный сарафан с вышитыми золотыми огнедышащими змеями — символами Красногорского Княжества. Уже завтра портные займутся моим гардеробом, но сегодня я пока оставалась княжной Красногорья.

Раздался быстрый стук в дверь. Чернавка поспешила впустить гостя, но на пороге никого не оказалось. Я нахмурилась, выйдя в коридор. Кто бы то ни был, но след его уже простыл. Я опустила взгляд и удивленно вскинула брови. У моих ног лежала самая настоящая ивовая ветвь, перевязанная красной лентой, и бумажный сверток. Подняв нежданный дар, я вернулась в комнату. Маришка заинтересованно сверкнула глазами.

— Позвольте, я посмотрю, княжна. Мало ли что там может быть…

— Оставь, — я махнула рукой, отвязав красную ленту от ветви. На ней аккуратным почерком была выведена фраза:

«Добро пожаловать в Эголлу, княжна Сильванна».

Красный — цвет правящего Дома Камня и Ивы, а ивовая ветвь и вовсе говорила сама за себя. Видимо, королева Каланта не смогла прийти лично, поэтому подослала слугу, чтобы оставить приветственный дар. Я улыбнулась, осторожно развернув бумажный сверток. Там оказался тонкой работы гребешок для волос. Насколько я могла судить, он был выдолблен из цельного черного мрамора и представлял собой сплетение все тех же ивовых ветвей, украшенных драгоценными камешками.

— Очень дорогой подарок, — заметила Маришка, сощурившись в простодушной зависти.

— Придумай на завтра прическу, чтобы я могла вставить гребешок в волосы, — коротко наказала я, снова завязав ленту на ветке, а драгоценность сложила в свою шкатулку. — Теперь принеси ужин и отправляйся отдыхать. С рассветом будь у меня.

— Как пожелаете, княжна, — отозвалась чернавка, откланялась и выскользнула за дверь.

Я прислушалась к ее удаляющимся шагам и прикрыла глаза, прижав дарованную ветвь к груди. Без листьев, она представляла собой самый обыкновенный прут, но я-то знала, что в Эголле ивовые ветви дарят только самым важным людям, самым желанным.

— Спасибо, — прошептала я пустоте и бережно уложила подарок под подушку. Сердце мое радостно прыгало в груди, словно тоже знало — меня здесь ждали.

Утро в Эголле началось с варварства. Мы с Клюквой одновременно вскочили с кровати, когда в дверь начали колотиться с таким усердием, что, казалось, еще немного, и она слетит с петель, несмотря на железные скобы. Первой мыслью было то, что на замок Альпутты напали, и теперь меня ждет неминуемая расправа. Сразу же метнулась мысль о крошечном клинке с костяной рукоятью, который я всегда носила на бедре. Однако оружия я достать не успела — из-за двери послышался хрипловатый женский голос:

— Утро доброе, княжна! Разрешите мне войти?

А после еще один, тихий и испуганный, мальчишеский:

— Что же вы, госпожа! Княжна Сильванна вчера устала с дороги, негоже ее беспокоить…

Я мгновенно успокоилась и позволила себе ухмылку. Шульги уже вовсю вживается в роль личного слуги. Неизвестно только, где в это время носит Маришку, ведь я наказала быть здесь с рассветом. Я раздраженно покачала головой и спешно оправила мятые полы ночной рубашки. Прочистила горло и махнула Клюкве, чтобы сидела спокойно.

— Входите.

Стоило мне произнести это слово, дверь с шумом отворилась, пропуская широкоплечую глимму с копной иссиня-черных волос. Весь ее вид показался мне смутно знакомым, но спросонья я вряд ли могла вспомнить момент нашей первой встречи. Глимма широко улыбнулась, и ее внушительного размера нижние клыки хищно сверкнули. Вопреки этому, женщина выглядела доброжелательной, и я перестала судорожно ощупывать юбки своей сорочки в поисках костяного клинка.