Книга Ловушка графини, страница 45 – Наталия Мет

— Ты сможешь вылечить моего сына? — стараясь интонацией не выдать своего волнения, спросила королева.

— Я вылечу принца, Ваше Величество. Но выздоровление не будет быстрым. Нам всем надо набраться терпения. Мне понадобится помощница, которая бы точно выполняла мои предписания, пока я собираю в лесу лекарственные растения, готовлю настойки и отвары. Это должен быть кто-то очень ответственный, внимательный и исполнительный.

— Придворный лекарь?

— Нет-нет. У господина придворного лекаря и без того достаточно работы во дворце.

* * *

Минуло два месяца. Элвина поила принца отварами заманихи и девясила,* делала настой бузины и по капельке добавляла в питьё ребёнка, страшась навредить. Элвина шептала заговоры, не давая недугу распространяться дальше, водила над больным местом руками, вытягивая хворь. Целительница ездила в лес ночью собирать «гадючий язык» при ущербной луне, чтобы приготовить пластырь из «травы ста чудес». На растущей луне Элвина выкапывала кустики купены, чтобы отделить коренья и запарить их на углях.

Сначала всё шло хорошо, ребёнку день ото дня становилось лучше. У маленького принца появился аппетит, он повеселел и даже начал играть. Но внезапно его состояние ухудшилось. Поднялся жар, малыш метался в бреду.

— Это ты своим зельем отравила сына! Если он умрёт, я посажу тебя в темницу, — истерично выкрикивала обезумевшая от горя королева.

— Болезнь принца коварна, случаются повторения. Надо набраться сил и терпения, чтобы победить недуг. Лечение тяжелой болезни не может быть быстрым, Ваше Величество. Я приготовлю отвар из листьев смородины и малины, он поможет сбить жар.

Несколько часов целительница не отходила от принца, заговаривая и выжигая собственным огнём его хворь. К ночи жар у ребёнка спал. Элвина чувствовала себя выжатым до капельки лимоном. Она покинула покои принца, понимая, что ничем не сможет помочь ему, пока не восстановит силы. О, как нужна была ей сейчас гроза, с сильным ливнем и буйством ветра! Элвина сочувствовала материнскому горю королевы, но на душе у неё было тревожно. А вдруг она переоценила свои силы? Вдруг лечение не поможет, королева исполнит свою угрозу и бросит в темницу? Что тогда станет с Лиззи? Агата, разумеется, не оставит её. А Себастьян? Он так и не увидит свою дочь, не узнает, где она. Сердце ныло в ожидании туманной будущности.

Элвина не могла заснуть от гнетущих мыслей, роившихся в голове. Она подошла к окну, приоткрыла створку. Ночь была душной, тёмной, беззвёздной.

— Привет, дорогая! Не по мне ли тоскуешь? — услышала Элвина сбоку знакомый весёлый голосок.

— Мелисса! Как же ты вовремя. Я извелась от тревоги. Ты поможешь мне вылечить принца?

— Я не умею лечить, я могу только успокоить и посочувствовать. Ложись-ка в постель, дорогая, закрывай глаза. Тревоги твои уйдут, тебе будет спокойно, уютно и тепло. Ты наберёшься сил и сможешь вылечить принца, — тихонько приговаривала Мелисса, гладя «крестницу» по волосам. — Ты спасёшь его, я верю в тебя.

Дождавшись, когда Элвина заснёт, фея полетела в детскую. Опасливо заглянув в приоткрытую форточку и убедившись, что поблизости нет никаких железных предметов, а нянька спит, Мелисса села на спинку детской кроватки. Малыш, измученный болезнью, жалобно стонал. Фея погладила его по головке и тихонько запела. Лукас открыл глазки и изумлённо посмотрел на крошечную девушку, похожую на куклу.