Книга В сети с мажором, страница 19 – Маша Демина

Равнодушно пожимаю плечами.

— Понятия не имею, но кому-то явно повезло…

— Решетов, — предупреждающе цедит он. — Не доводи до греха. Ты знаешь, что я говорю о твоем брате. И знаешь, что это он давал указания и организовывал эти чертовы однодневки. А ты! — Он снова тычет пальцами в документы. — Ты просто оказался в нужное время, в нужном месте.

Мисташук тяжело вздыхает, откидываясь на спинку стула. Проводит ладонью по лицу.

— Я знаю, что ты не хочешь рушить жизнь брата, но твою он разрушил без зазрения совести. И все же я по-прежнему готов тебе помочь. Если ты сейчас расскажешь нам все, как есть. Объяснишь мотивы и роль своего старшего брата в этой цепочке, чем окажешь огромную услугу простому народу. Потому что, пока ты здесь прикрываешь своего братца, этот урод на свободе продолжает свои махинации.

И последнее прилетает прямо в цель. Будто в грудак с ноги въебали. Он же, сука, обещал! Обещал завязать! Я дал ему этот шанс!

Мисташук делает паузу, прочитав на моем лице желанную эмоцию, добивает красивой речью:

— Подумай, приятель. Ты гниешь здесь и, возможно, даже напрасно. Потому что я не слезу с этой цепочки, пока не разорву все звенья, а это лишь вопрос времени. Но тебе, — он снова подается ко мне ближе, — тебе я готов дать шанс. Скажи мне. И через неделю выйдешь отсюда. Ты даешь нам своего брата, а мы тебе билет в нормальную жизнь. Подумай об этом. Это не просто слова. А реальная возможность, и это ты тоже знаешь. Ты не должен гнить здесь за чужие грехи.

— Любое действие имеет последствия, и свои я принимаю, но осталось немного. Наверстаю, как выйду, и вернусь в нормальную жизнь. Не волнуйтесь, товарищ Майор.

Он едко усмехается, проводя ладонью по отросшей щетине.

— Считаешь, твои полгода до досрочки не могут превратиться в два, а то и пять лет? А если потребуется, и в десять.

Поджимаю губы, качая головой.

— Срок давности за преступления средней тяжести шесть лет. Через два года дело закроют.

— Ну вот и подумай. Если в полгода не уложишься. Продлим.

— Угрожаете?

— Нет. Пытаюсь вставить твои бестолковые мозги на место. Потому что все улики ведут к твоему брату.

— Тогда почему же здесь я, а не он? Вам бы перепроверить ваши улики, товарищ майор. Источники явно врут.

Верхняя губа Мисташука дергается, выдавая крайнюю степень бешенства, в которое он всеми силами пытается не сорваться.

— Ты отказываешься от сотрудничества?

— Сотрудничества? — саркастично выплевываю я. — О каком сотрудничестве идет речь, если вы мне не верите? Вы спрашиваете одно и то же, потому что вам не нравятся мои ответы, но они не станут другими. — Я подаюсь вперед, гремя наручниками о металлической стол. — Угомонитесь, товарищ майор. Я не стану вашей звездочкой на погонах. И засуньте себе все вот эти ваши психологические разговорчики в жопу. Мой брат не виновен.

Мисташук лупит кулаком по столу с такой силой, что по воде в стакане идет рябь.

Он рывком встает из-за стола, хватает документы.

— Ты глупый мальчишка, Решетов. Глупый и недальновидный. Последствия твоего выбора тебе не понравятся. На этот раз по-настоящему.

Напряженным шагом он идет на выход, громко барабанит ладонью по двери, и звук открываемого замка заглушает тяжелое дыхание следователя, но, прежде чем выйти, он бросает мне, как обглоданную кость.