Книга Осень со вкусом кофе. Коллекция уютных историй, страница 49 – Софья Ролдугина

И решительно зашагала к «Маяку».

Вообще ей очень нравилась эта кофейня – красивая, уютная, начиная с деревянной вывески, обрамлённой светящейся гирляндой. Стены были выкрашены снаружи в полоски – так обычно рисовали маяки на открытках. Камерный зал освещали старинные лампы с медными абажурами. У стойки выстроились в ряд высокие тонконогие стулья; сверкали глянцевитыми боками кривые башенки из чистых белых чашек и блюдец, блестела новенькая кофемашина, ярко-красная, как болотный кипарис в октябре… По стенам, в промежутках между огромными, в пол, окнами, вился плющ. Всюду висели чёрно-белые фотографии с видами города и старинные открытки.

С маяками и морскими видами, конечно.

Но особенно Еве нравились мягкие-мягкие диваны с бледно-лиловой, охряной и лимонно-жёлтой обивкой, словно бы чуть выцветшие от времени. Хотя это был сплошной обман: ремонт в кофейне сделали совсем недавно, заменили почти всю обстановку и часть оборудования. Обо всём этом охотно рассказывал старый, седоватый уже дядька, хозяин «Маяка», сейчас уже, как говорили, отошедший от дел. Куда чаще за стойкой можно было увидеть его красавчика-сына – высокого, сероглазого, с томным взглядом и романтичными кудрями цвета каштана, обычно безжалостно стянутыми тонкой канцелярской резинкой.

Года два назад Ева специально приходила сюда, чтобы на этого красавчика поглазеть, а для прикрытия звала целую толпу одноклассников – делать домашнее задание вместе. И Иву тоже! Впрочем, тогда они с Ивой всегда ходили вместе, везде-везде…

«Не думай об этом, – запретила себе Ева. – Просто не думай».

Она уже намечтала себе, как следующие несколько часов просидит в «Маяке» с видом на красивого бариста, потягивая раф и хрустя чипсами, но реальность оказалась безжалостной: денег на карте хватало разве что на самый простой американо.

«Ну да, точно, я же пряжу купила для этих идиотских игрушек».

— Скорей бы повышенную стипендию, – тоскливо пробормотала Ева, переминаясь перед входом с ноги на ногу. Сразу вспомнилось, зачем нужно было участвовать в благотворительной ярмарке и почему нельзя увильнуть, как бы ни хотелось. – Нет, скорей бы нормальную взрослую работу. И свой дом.

А потом, до ушей заряженная этой злостью, она толкнула дверь.

И едва не столкнулась нос к носу со странной женщиной в серо-голубых юбках и огромных очках.

Дохнуло холодом, как с зимнего моря, как с ледника; Ева покачнулась даже от неожиданности и едва не оступилась с порога.

— Держись покрепче, а то унесёт. Шторм завтра! – не к месту пошутила незнакомка и подмигнула.

— А… за что держаться? – вырвалось у Евы беспомощное.

Вообще-то она хотела выругаться на неуклюжую странную женщину, а то и подальше её послать, но весь запал куда-то подевался.

Словно ветром сдуло.

— За то, что ближе! – подмигнула женщина. – За то, что греет… и то, что важное. Вот что важно для тебя?

— Деньги, – сердито буркнула Ева, чуть опомнившись. – Быть взрослой и всё решать.

Женщина беззвучно рассмеялась, тряхнула стаканчиком с кофе – звякнули глухо ледышки – и летящей походкой направилась вниз по улице. Кажется, к набережной; а может, куда-то ещё – от «Маяка» дороги расходились во все стороны, выбирай любую.

«Понять бы ещё, куда идти».

Дневной поток посетителей успел схлынуть, и очереди у кассы не было. Ева придирчиво выбрала напиток, убедившись, что скудных остатков стипендии действительно хватит только на американо. Выпросила из принципа бесплатный ломтик лимона в кофе, но красивый бариста – сегодня странно задумчивый – услышал её только со второго раза.