Книга Я спасла злодея, но его отец сошел с ума от ревности, страница 16 – Элайра Вэлморн

В коридоре послышались торопливые шаги. На пороге возникла Су-Ён с масляной лампой в руках. Увидев черный иней и черную дымку, клубящуюся вокруг наследника, девушка пронзительно закричала и выронила лампу. Стекло со звоном разлетелось, масло вспыхнуло на каменном полу.

— Тихо! — рявкнула я, перекрывая ее крик и треск огня. — Затуши пламя и немедленно зови лекаря! Бегом!

Служанка, всхлипывая от первобытного ужаса перед темной магией, затоптала огонь и умчалась прочь, словно за ней гнались демоны преисподней.

Я снова повернулась к ребенку. До-Юн выгнулся дугой, его маленькие кулачки были сжаты так сильно, что костяшки побелели. Из-под его закрытых век текли слезы, мгновенно замерзая на щеках черными кристаллами. Он не кричал, только хрипел, потому что темная энергия сдавливала его горло, не давая дышать.

Не раздумывала ни секунды я сделала шаг, затем еще один. Каждый метр давался с боем. Холод обжигал босые ноги, проникал под кожу, замораживая внутренности. Я чувствовала, как темная аура сопротивляется мне, царапает, пытается отбросить назад. Но материнский инстинкт, который пробудился во мне вместе с клятвой защитить этого мальчика, оказался сильнее страха.

Я рухнула на колени прямо на промерзший пол возле его постели.

— До-Юн, я здесь, — мой голос дрожал от холода, зубы отбивали дробь.

Я протянула руки и схватила его за плечи. Боль была такой, словно я сунула руки в костер, сложенный из кусков льда. Темная энергия обожгла мои ладони, пронзая духовные каналы острой вспышкой агонии. Я невольно вскрикнула, но хватки не ослабила.

— Открой глаза, милый. Посмотри на меня, — я наклонилась к самому его лицу, подхватывая его напряженное тельце и прижимая к своей груди.

Его кожа была обжигающе ледяной. Черный туман мгновенно окутал нас обоих, пытаясь проникнуть в мои легкие. Я знала, что как обычный человек, не обладающий сильным духовным ядром, я сильно рискую. Темная энергия могла разрушить мое тело, но сейчас мне было плевать на это.

Я крепко обняла его, окутывая своей слабой, но живой человеческой теплотой. Прижала свою щеку к его ледяному лбу, закрыв глаза.

— Уходи, — сквозь сжатые челюсти прошептал До-Юн. Его голос был искажен болью, сорван и хрипел. — Больно... Уходи...

Он пытался оттолкнуть меня, спасти, инстинктивно понимая, что его проклятие убивает тех, кто рядом. Но я держала его мертвой хваткой.

— Ни за что, — прошептала я ему на ухо, стараясь дышать ровно. — Обещала же, что никогда тебя не оставлю. Мы справимся с этим вместе. Слышишь? Ты не один.

Я начала гладить его по спине, мерно, успокаивающе, несмотря на то, что каждое движение отзывалось болью в моих онемевших пальцах. В памяти всплыла старая колыбельная, которую когда-то пела мне моя бабушка. Мелодия была простой, без слов, лишь тихий, плавный мотив, напоминающий шум ветра в кронах деревьев или журчание горного ручья. Я тихо напевала ее, вкладывая в каждый звук всю свою нежность, всю свою надежду.

Темная энергия сопротивлялась. Она взвилась вверх, закручивая волосы на моей голове, разрывая тонкий шелк моей рубашки на плечах. Я чувствовала, как по спине стекают капли крови от мелких порезов, оставленных духовными клинками этой силы. Но я продолжала петь.

— ...все хорошо... я с тобой... — шептала я между тактами мелодии, укачивая его, как младенца.