Книга Чайная роза Босфора, страница 76 – Мария Шарикова

Я опустила глаза. Впервые за долгое время мне стало стыдно. Я думала, что моя тайна — это только моя ноша, что я справлюсь сама. Но оказалось, что близкие видят больше, чем я предполагала.

— Я не хотела вас беспокоить, — сказала я, и голос мой дрогнул.

— Беспокоить? — Гюльназ-ханым чуть подняла бровь. — Ты живёшь в моём доме, ты жена моего сына, ты часть нашей семьи. И ты думала, что сможешь скрыть свою беду от нас?

Я не нашлась, что ответить.

— Я не сержусь, — сказала она, и в её голосе действительно не было гнева. — Я просто хочу, чтобы ты знала: ты не одна. Что бы ни случилось, у тебя есть этот дом. У тебя есть я. И у тебя есть мой сын, который, я вижу, любит тебя так, как я не ожидала.

Она встала, обошла стол и остановилась передо мной. Потом, к моему изумлению, взяла мои руки в свои. Ладони у неё были сухими и тёплыми, и от этого прикосновения у меня защипало в глазах.

— Я не всегда была добра к тебе, — сказала она. — Ты пришла в этот дом как чужая, и я не знала, чего от тебя ожидать. Но теперь я вижу: ты не чужая. Ты наша. И я хочу, чтобы ты знала это.

Я не могла произнести ни слова. В горле стоял комок, и я боялась, что если заговорю, то расплачусь. Гюльназ-ханым, кажется, поняла это без слов. Она сжала мои пальцы и отпустила, возвращаясь на своё место.

— А теперь иди, — сказала она обычным своим тоном. — У меня дела. И у тебя, я полагаю, тоже.

Я встала и направилась к двери. На пороге я обернулась.

— Спасибо, — сказала я тихо.

Она кивнула, не поднимая глаз от бумаг, и я она вышла.

Ай былаше ждала меня в коридоре. Увидев моё лицо, она вскочила со скамьи и бросилась ко мне.

— Что она сказала? Ты плакала? Она тебя обидела?

— Нет, — ответила я, вытирая глаза. — Она меня не обидела. Наоборот.

Айше посмотрела на меня с недоумением, но не стала расспрашивать. Просто взяла за руку и повела в свою комнату. Там она усадила меня на диван, налила чаю, который к слову я научила её заваривать), и села рядом.

— Расскажи мне, — попросила она. — Что происходит? Я не маленькая, я всё вижу. Эмир уехал, ты сама не своя, Лейла ходит с таким лицом, будто готовится к войне. Что случилось?

Я посмотрела на неё. Айше была молода, но она не была глупа. И, кроме того, они являлась моей подругой — первой настоящей подругой в этом мире. И я поняла, что не хочу больше скрывать от неё правду.

— Помнишь, я говорила тебе о человеке из России? — начала я. — О том, который пишет мне письма?

— Помню.

— Он приехал в Константинополь. И он следит за мной. За домом. Эмир знает. Он уехал, чтобы решить этот вопрос. А я… Я осталась ждать.

Айше выслушала меня не перебивая. Когда я закончила, она взяла мою чашку и поставила на стол. Потом посмотрела на меня с той серьёзностью, которая делала её старше своих лет.

— Значит, Эмир с ним разберётся, — сказала она. — Я не знаю, кто этот человек и что ему нужно. Но я знаю одно: если Эмир сказал, что вернётся, он вернётся. Он никогда не нарушал обещаний. Никогда. Даже когда был мальчиком.

Я смотрела на неё и чувствовала, как внутри что-то отпускает. Может быть, оттого, что её слова были простыми и твёрдыми, как камень. Может быть, оттого, что я устала бояться в одиночку.

— Спасибо, — сказала я.

— Не за что. — Айше улыбнулась. — А теперь давай пить чай. И расскажи мне, как ты научилась заваривать этот грузинский. Ты обещала.