Книга Чайная роза Босфора, страница 102 – Мария Шарикова

— Будь осторожен, — ответила она, и в её глазах я увидел то, что видел всегда в минуты опасности: спокойную, твёрдую решимость.

Я улыбнулся и вышел.

Караван-сарай, где прятался Пападопулос, находился на окраине Галаты. Мы ехали через ночные улицы, мимо закрытых лавок и редких прохожих, которые жались к стенам при звуке копыт. Я сидел в карете и думал о том, что скажу ему, когда увижу. Я не собирался убивать его. Я хотел, чтобы он предстал перед судом, чтобы все увидели, кто он на самом деле.

Мы оставили лошадей за квартал до караван-сарая. Я распределил людей: часть осталась у главного входа, часть обошла здание с тыла. Сам я с двумя бойцами вошёл внутрь через боковую дверь.

Внутри было темно и сыро, пахло плесенью и запущением. Я шёл по коридору, прислушиваясь к каждому звуку, и с каждым шагом во мне крепло чувство, что что-то не так. Было слишком тихо. Ни голосов, ни шагов, ни движения… Только тишина, которая давила на уши, как вата.

Я толкнул дверь в большую комнату. Она была пуста. Ни Пападопулоса, ни его наёмников, ни следов того, что здесь кто-то был. Здесь были только пыль, паутина и запах запустения.

О Аллах, как же я не подумал об этом сразу! Ловушка. Это была ловушка! Он выманил меня из дома, и пока я здесь, его люди делают то, что должны были сделать. Я развернулся и бросился к выходу.

— Назад! — крикнул я своим людям. — Немедленно возвращаемся назад! К дому!

Мы мчались через ночные улицы. Карета тряслась на булыжниках, и я высовывался в окно, подгоняя кучера. Внутри всё горело от ярости и страха. Я думал только об одном: Я должен успеть.

Но я не успел.

Когда мы добрались до особняка, небо над ним было красным. Дым поднимался столбом, и ветер доносил запах гари. Огонь уже охватил второй этаж, и языки пламени вырывались из окон. У ворот лежали тела солдат. Их было слишком мало. Нападавших было явно больше.

Я выскочил из кареты и бросился к дому, а мои люди последовали за мной. Внутри всё было в дыму. Я знал расположение комнат наизусть. Знал, где находится спальня Софьи, и библиотека, где она могла быть.

— Софья! — кричал я, пробираясь через дым. — Софья!

Я нашёл её в библиотеке. Она была у окна, пыталась открыть ставни, но они были заблокированы. Рядом лежал опрокинутый стеллаж, и она, видимо, пыталась до него добраться.

— Эмир! — крикнула она, увидев меня. — Они ворвались! Их было много! Я успела вывести Айше и матушку через чёрный ход, но Лейла...

— Где Лейла?

— Не знаю. Я искала её, но...

Она не договорила. Потолок над нами затрещал, и я схватил её за руку.

— Потом! Всё потом Сейчас нам нужно на выход!

Я рванул её к двери, но коридор уже был в огне. Пламя бежало по стенам и потолку, и путь был отрезан. Я огляделся. Окно, у которого она стояла, выходило во внутренний двор. Я подбежал к нему и рванул ставни. Они поддались. Стекло треснуло, и я разбил его рукоятью пистолета. Свежий воздух ворвался в комнату, разгоняя дым.

— Иди сюда! — крикнул я. — Быстрее!

Я помог ей выбраться. Она уже взялась за подоконник, уже перенесла ногу через край, когда позади что-то громко треснуло. Она обернулась. Я тоже обернулся, и увидел, как рушится горящая балка. Прямо на меня.

— Эмир!

Я рванулся в сторону, но было поздно. Балка обрушилась, и удар был такой силы, что у меня потемнело в глазах. Что-то тяжёлое придавило меня к полу, и я почувствовал, как огонь охватывает ноги. Боль была такой страшной, что я не мог дышать.