Онлайн книга «Смерть меня не найдёт»
|
А может быть, у них тут это дело обычное. На всякий случай, я во все глаза уставилась на очередную гвану, величественного и мускулистого ушастика, которого вёл за собой мрачный рослый мужик с громадными кулаками. Скелета не видно, обычный необычный иномирный зверь, который, поймав мой пристальный взгляд, вдруг свернул с намеченного пути и чуть ли не ткнулся в меня широким лбом с трогательной белой звёздочкой, да так, что мужие был вынужден глухо выругаться и изо всех сил натянуть поводья, чтобы не сойти с намеченного пути. Сложно сказать, сколько времени прошло после имитации моей казни — или неудачной её попытки — но меньше десяти дней. Праздник Венуты, после которого, по словам следователя, мир по моей вине должен был неуклонно приступить к падению в смуту и апокалипсис, явно ещё не прошёл — город активно украшали. Деловитые, очень слаженно работающие люди в тёмно-зелёных аккуратных камзолах, удивительно тихие и неприметные, как муравьи, копошились то тут, то там. Трудились они бесшумно и ненавязчиво, в отличие от тех их коллег по цеху, которых мне доводилось видеть в родном городе — те, как правило, ходили веселой гурьбой, больше сидели, курили, ели и болтали, разбросав вокруг метёлки и лопаты, пока не приходила какая-нибудь грозная дама из ЖЭКа и не начинала, эмоционально жестикулируя, раздавать какие-то ценные указания. Магрские «дворники» в указаниях со стороны не нуждались — они энергично что-то красили, мыли, подстригали, чинили, поправляли, увешивали изящные колокольчиковые фонари некими очевидно несвященными ярко-алыми лианами… Впрочем, будь у нас в стране смертная казнь за некачественно выполненную работу, может, и у нас бы жужжали, как пчёлки. Один из зелёных подошёл к ближайшему фонарю, уже оснащённому шапкой цветущей лианы — искусственной, что ли? Или раньше праздника она не засохнет? — и аккуратно, насквозь знакомыми жестами намазал предварительно обмакнутой в небольшое ведёрко кисточкой какой-то листок, приклеил его на фонарную ножку. У нас работники городских служб их обычно срывали… Впрочем, может, это приглашение граждан на городской праздник. Дождавшись, пока мужчина отойдёт в сторону, я подошла поближе — и с каким-то обречённым облегчением снова увидела собственный портрет. Да, вот так я и подумала — собственный. Не лирты Агнессы-Ренны, дочери лавочницы, а мой. Чёрно-бирюзовые пряди окаймляли улыбающееся лицо. Под рисунком шёл текст всё той же незнакомой мне магрской вязью. Надо срочно обучаться грамоте, а то мало ли что. Вдруг тут написано, что эту преступницу уже казнили, а потому, если вы встретите на улице очень похожую на неё девушку, то ни в коем случае не следует беспокоиться, это просто досадное совпадение, проходите мимо, уважаемые лирты? Ага, как же. Итак, надо найти какую-то отправную точку. С одной стороны, ситуация почти безвыходная: у меня нет денег и нет влиятельных друзей, и это не считая влиятельных врагов. Впрочем, возможно, как минимум один друг есть: единственное разумное объяснение, которое пришло мне в голову, заключалось в том, что исполнителя приговора попросту подкупили, и вместо смертельного заклятия он наложил на меня сонное. Но даже если я права, это так себе друг, и никакую помощь до конца он не доводит. А с другой… Безвыходных ситуаций не бывает, просто есть выходы, которые нам не нравятся. Или — ещё одна мудрость от моего собрата по миру: выход обычно там же, где был вход. В тюрьму я, конечно, обратно не пойду… А с чего начался для меня вход в Магристу? |