Книга Смерть меня не найдёт, страница 137 – Ефимия Летова

— Не всё ли вам равно? — после секундной паузы говорит Лигран. — Очень скоро мир не без вашей помощи канет в бездну. Считайте случившееся маленькой репетицией.

— Вы в это верите?

— Какая разница, во что я верю?

Мы снова молчим.

— Я пошла туда, чтобы попробовать вспомнить, — неужели я перед ним оправдываюсь? — Я ничего не помню, я хочу вернуть эту вашу реликвию, я действительно не желаю никому зла, я…

— Вспомнили?

— Нет.

— Жаль.

Он отжимает воду с прядей чёрных волос, стряхивает ещё несколько паутинных нитей с плаща. Чуть поморщившись, вытаскивает хищно впившуюся в щёку паутинку, вытирает пальцем мигом набухшую каплю крови.

— Вас не удивляет, что я жива? — не выдерживаю я.

— Что касается вас, меня теперь уже вообще ничего не удивляет. Идите, Агнесса.

— Вы совершаете должностное преступление, отпуская меня, — кажется, он прав, и я сошла с ума.

— Вас волнует моя карьера?

— В Винзоре вы выглядели куда более заинтересованным.

— А я сейчас не на работе. У меня выходной.

Нет, разговор вообще не клеится, никак!

— Спасибо, — говорю я. — Спасибо, несмотря ни на что, и…

— Пожалуйста. Вы бы не задерживались. Здесь людно.

Лигран поворачивается и… уходит. А я смотрю ему вслед, глупо, разве что рот не открыла. Не хочу, чтобы он уходил. Походка кажется такой знакомой… чёртовы воспоминания! Чёртовой Агнессе и впрямь нравился этот парень.

Да мне-то что?! Нет, нельзя дать ему уйти просто так, надо немедленно его догнать и спросить, о прошлом, о настоящем, о будущем, о своём состоянии, о королевском некроманте…

Из-за двухэтажного дома, зелёного, как крапинки в глазах следователя, чинно выходят стражники, человек десять, по двое. Выходят расслабленно, неторопливо, не похоже, что облава, но теперь бежать за Лиграном нечего и думать. Я отворачиваюсь и бреду прочь, злясь на себя, на него, на эту Агнессу, натворившую дел, на Марта, который неизвестно где, снова на себя…

Ксамурр нагоняет меня минут через десять, муркает, задирает вверх тощий хвост — и я сажусь на корточки, глажу костлявую голову, уже без малейшего отторжения.

— А может, это ты его послал ко мне на помощь, а? И всё остальное — не твоих ли лап дело?

Кот молчит, жмурится. Тычется лбом в ладонь. Ластится, как живой.

— Это наглость с моей стороны, но, может, ты и фелинос мне принесёшь? Другие питомцы хозяевам таскают придушенную мелкоту, но ты же необычный зверь. Принеси мне божественную реликвию, а, Ксамурр? Отдам Лиграну, пусть ему премию выпишут.

Я поднимаюсь со вздохом и иду вперёд, снова иду, не чувствуя усталости в мёртвом теле, только бесконечную усталость где-то в душе.

С большим трудом, но всё-таки я выкидываю ненормального следователя, вдруг расхотевшего меня ловить и арестовывать, из головы.

Ну расхотел и расхотел, даже помочь решил, ну и что? Во-первых, у них со жрецом могут быть какие-то давние личные тёрки. Жрец хочет меня поймать и помучить, а Лигран ему в отместку не даёт. Во-вторых, это просто такой фатализм у человека. Будь что будет. На самом деле ни в какой апокалипсис он не верит, венценосные наниматели достали хуже горькой редьки, а пытать слишком прыткую девчонку с проблемной головой ему удовольствия не доставляет, вот он и забил большой болт на это дело.

Ну и в-третьих, сегодня у него выходной, а завтра может оказаться очень даже рабочий день, и Лигран снова отправит меня в тюрьму или на казнь, еще и сам поучаствует. Без удовольствия, конечно, со вздохом, типа "хочешь сделать хорошо — сделай сам", но всё-таки… Как мне показалось, служба значила для него очень многое. Возможно, конечно, я и ошиблась.