Онлайн книга «Не открывайте глаза, профессор!»
|
В комнате царил полумрак, единственным источником света был тусклый светильник на тумбочке подруги. Что ж, похоже, я даже не проспала. Занавески на окне задёрнуты, но даже так понятно, что солнце только-только начинает золотить небо. Соседка вертела в руках нечто небольшое, плоское, прямоугольное… — Тебе вручили пропуск на Бал падающих звёзд? — спросила Аглана, не скрывая доброжелательной лёгкой зависти. — Здорово! Хотела бы и я… Расскажешь, как оно там всё будет? Сколько же лет я не танцевала! А тебе есть в чём пойти? Могу платье одолжить, всё равно без дела пылятся. Да что ж такое-то, все хотят мне новое платье, будто я в лохмотьях хожу! — Дарю! — сказала я и мысленно зажмурилась. «Физическое отсутствие предмета запечатления облегчит эту тягу, бывали прецеденты… Физическое отсутствие и активные постельные утехи с другими…» Пусть Мортенгейн встретит кого-нибудь ещё, почему бы и не Аглану, почему бы и нет… будь они все прокляты! — А ты? — искренне растерялась подруга. — А как же ты?! Нет, Тиль, так я не хочу… — Да не интересны мне все эти глупости! — как можно легкомысленнее заявила я. — Лучше в библиотеку схожу, после аттестации мне стало ясно, что мои знания нуждаются в существенной подпитке… Про редкие расы почитать хочется. Не знаю, почему я сказала про расы, само вырвалось. Аглана любовно разглядывала пропуск. — Редкие расы? — эхом откликнулась она. — Хочешь попасть на диплом к Мортенгейну? Спасибо, спасибо тебе! А то, может, передумаешь? — Нет, Небесная выхухоль! Не передумаю и никакого диплома у Мортенгейна! — вырвалось у меня. Мигом нарисовалась картинка: я, голая, лежу животом на его коленях, а Мортенгейн поглаживает меня по ягодицам и провокационно шепчет: «да зачем тебе этот диплом, моя Аманита, хочешь, я сам его за тебя напишу?!» — Просто… интересно узнать о них побольше. Их действительно уничтожают? — Да, — Аглана помрачнела. — Это жестокая, несправедливая и безжалостная политика того, кто именует себя единоличным правителем… Ладно, не важно. Вряд ли в библиотеке будет что-то интересное или правдивое. Уничтожение редких рас должно быть оправдано, а потому их явно охарактеризуют агрессивными, неразумными, злобными… — А можно ли у нас где-то изучать лафийский? Сама не знаю, что сегодня дёргало меня за язык. Внезапно мне ужасно захотелось прочитать, что же написано в подписанной профессором бумаге. — Лафийский? — изумилась Аглана. — Понятия не имею, но думаю, что вряд ли где-то его преподают за пределами общины… А тебе-то зачем?! Лафийцам человеческие целители не требуются. — Просто так, — примирительно кивнула я. — Глупости какие-то мне в голову сегодня приходят. Желаю завтра как следует повеселиться. Спасибо тебе, ты меня… очень выручала тогда, на лекциях Мортенгейна. Аглана рассеянно кивнула, пряча заветное приглашение в карман. — Никаких проблем, он просто прелесть. Тебе спасибо. * * * — Держи, — я протянула Истаю лафийскую бумагу. — Подписал? — приятель воззрился на профессорскую подпись с некоторым недоумением. — И что, даже не задал никаких вопросов?! Да ты верёвки из него вьёшь! То же самое ночью говорил мне Мортенгейн, и я поморщилась, будто от укола. — У тебя ещё остался нейтрализатор? Больше не понадобится? — как-то задумчиво спросил приятель. Я пожала плечами, а потом неожиданно для себя спросила: |