Книга Весна, которой нам не хватит, страница 90 – Ефимия Летова

— Какие планы на сегодня? – преувеличенно бодро спросила я, а Эймери только пожал плечами.

Знал же, зараза, что я всё равно пойду за ним – или поеду – куда угодно.

* * *

— Ты же сам говорил, что руины Джаксвилля нам ничего не дадут, – несколько обиженно прошептала я. Мой шёпот объяснялся просто: мы были не одни, в просторном пассажирском экипаже напротив нас мерно тряслась пожилая семейная пара. То ли Эймери решил сэкономить, не желая разделить со мной цену за билет, на такое дальнее расстояние, вероятно, для него не маленькую, то ли просто не успел нанять отдельный транспорт. А может быть, он в каком-то смысле боялся нескольких часов со мной в замкнутом пространстве – последняя мысль вызвала нервный смешок. Дожила, Хортенс, нечего сказать.

— Я и сейчас так думаю, - Эймери прижался щекой к окну. Но оказалось, что родственники нашего общего безвременно почившего знакомого проживают совсем недалеко от… одного учебного заведения. Совместим полезное с неприятным, если ты не против.

— Я не против, - коротко отозвалась я, не зная, на самом деле, зачем нам нужно оказаться на месте бывшего приюта. Возможно, там уже построено что-то новое. Аналогичное заведение или… В любом случае, глупо ожидать каких-то улик на месте пожара десятилетней давности.

И всё же это была частичка прошлого Эймери, и мне хотелось там побывать.

Дорога до Джаксвилля и впрямь оказалась долгая, мы уезжали к востоку от Флоттершайна. Разговор при свидетелях не клеился, к тому же мне казалось, что Эймери ощутимо нервничал. Возможно, эта экскурсия в прошлое тревожила его больше, чем он хотел показать.

Когда мы вышли – возница сухо и равнодушно уведомил пассажиров, что мы в деревне Саркс при одноимённом городе, и дальше он не поедет. Спросил, когда планируем возвращаться обратно и посоветовал обратиться к малю Савурту, который как раз будет поджидать желающих уехать в столицу в вечернее время.

Я жадно вдыхала свежий и мягкий деревенский воздух: в экипаже-то кисло и пряно пахло старым застиранным тряпьём, за несколько часов поездки этот запах как будто впитался в кожу. Ноги затекли, лицо казалось отёкшим и тяжёлым. Однако погода радовала, пасмурное небо слегка прояснилось. Поля баловали взгляд лёгкой зелёной порослью, которой ещё не наблюдалось во Флоттервиле.

Эймери расспрашивал возницу об интересующих нас адресах, к дискуссии присоединилась и пожилая пара наших попутчиков, мужчина даже начал рисовать тростью по земле какой-то замысловатый план. Вмешиваться и вслушиваться я не стала, разглядывала небольшие милые домики, бодро снующую живность: кошек, собак, коз, какую-то домашнюю птицу, и пыталась представить себе маленьких оголодавших беглецов в поношенной одежде, напуганных, обозленных, не по-детски тщательно скрывающих свои скверные опасные дары.

Наконец Эймери подошёл ко мне. Маршрут он продумал основательно: сперва мы заглянули в небольшую таверну на первом этаже постоялого дома, тихого и малолюдного. Впрочем, готовили там неплохо и даже дали возможность привести себя в порядок. А затем как-то очень быстро мы оказались на просёлочной дороге, узкой и немного размытой утренним дождём, петляющей между смешанным пролеском и каким-то пустым заброшенным полем. Если Эймери понял всё правильно, нам предстояло идти по этой дороге около получаса, потом повернуть направо у небольшого заболоченного озера, миновать ещё одну маленькую деревеньку, подняться по какому-то холму – и там, в лесу, искать то самое место, где когда-то стоял Джаксвилль. А ещё дальше на восток, в сорока минутах пешего хода, будет Вуджин, город, где проживали родители мальёка Реджеса.