Книга Весна, которой нам не хватит, страница 151 – Ефимия Летова

Эймери пихнул меня в бок, я обернулась – и увидела металлическую дверь в стене, закрытую на внешний металлический заржавленный засов. Мы почти одновременно приложили пальцы к губам и шагнули к двери: кажется, тихое, едва слышное лязгание доносилось именно оттуда. Я сделала шаг к двери, но Эймери покачал головой и отодвинул меня, явно раздумывая, как поступить лучше. Положил руки на засов, неопределённо пожал плечами и потянул, открывая.

Щеколда противно скрипнула, но металлический штырёк проскользнул легко.

Лязганье прекратилось моментально. В образовавшуюся щель, чуть ли не оттолкнув нас, шмыгнула крыса.

Мы опять замерли, вслушиваясь, а потом услышали тихое поскуливание – никак иначе этот тонкий высокий звук я не могла назвать. Жалобное, едва различимое в необъяснимым образом звенящей тишине. Я не выдержала, потянула дверь на себя – и вошла внутрь пустого помещения: всё те же трубы на потолке, стылая, какая-то кладбищенская прохлада.

И запах. Отвратительный запах нечистот и грязного немытого тела. А ещё чего-то гнилостно-сладкого, слабый, но отчётливый.

— Дел! – первый звук моего голоса оказался постыдным сипом. Я откашлялась, ощущая спиной такое поддерживающее присутствие Эймери. – Дел, это я! Хортенс... Дел, ты тут?! Кто тут

И целую вечность спустя из темноты донеслось тихое, почти змеиное:

— Ш-ш-ш...

А потом приглушённый и жуткий слабый смех.

* * *

Девушка – я не могла воспринимать её как Делайн, сознание отказывалось – напевала, раскачиваясь вперёд и назад, сидя прямо на земле. Даже в неверном переливающемся свете моего огня было видно, какая она худая, истощённая, лицо буквально обтянуто кожей, волосы грязные, будто слипшиеся. Но это не так пугало, как выражение этого лица с заострившимися скулами и впашими глазами. Она бросила на нас беглый взгляд, словно птица равнодушно, мимолётно отметившая прилёт другой – и продолжила качаться, обхватив колени руками.

Под ней была какая-то подстилка, рядом на полу стояла пустая, будто собачья, миска, ведро с чистой водой, ещё одно ведро – понятно, для чего... и цепь, я видела самую настоящую толстую цепь! Металлический браслет туго обхватывал тонкое, как у ребёнка, запястье, с другой стороны цепь крепилась ко вбитому в стену металлическому кольцу. У ног девушки крутилась очередная бурая крыса.

Эймери сжал мою руку.

— Делайн, – собравшись с силами, окликнула я. – Дел! Делайн! Это мы... это я. Хортенс. Кто это сделал?

Она не реагировала. Не отвечала.

Эймери опустился на корточки, перебирал пальцами цепь.

Поднялся, выругался сквозь зубы.

— Кто? – тихо спросила я, а он с досадой отбрасил цепь.

— Не вижу. Кто бы это ни был, но никакой магии, никаких ярких эмоций... Делайн очевидно уже была без сознания или не в себе, а тот, кто притащил её сюда, был спокоен... Но тут был кто-то ещё. Нехорошее ощущение. Возможно, здесь кто-то умер или же… Давай-ка уходить отсюда. Сейчас надо оказать ей помощь, а мне сэкономить силы, ржавить металл – то ещё удовольствие. Делайн!

Ему было нужно взять её за руку, чтобы состарить цепь.

— Делайн, он тебе поможет...

— Нет, – вдруг с мягкой улыбкой, неуместной на этом жутком из-за полубезумного взгляда лице, сказала Делайн. Кое-как поднялась, шагнула к Эймери сама – он не отшатнулся, смотрел на неё, хотя мне бы было страшно до одури, настолько она в этот момент походила на безумную Ройну из сказок – ту, что выкопалась из могилы, чтобы навестить любимого. – Привет, Тридцать первый. Думал, я тебя не узнаю?