Книга Шпилькой по хамству, страница 66 – Лана Морриган

Ходила кругами вокруг чемодана, не могла найти себе места. Казалось, что от скорости передвижения зависит скорость мозговой деятельности.

Точно, Алина! Беременная Алина, он же говорил, что ребенок был не его, и с ней расстался. Если он прощался с Алиной так же, как и со мной, то мне ее жаль.

Эта мысль принесла мне какую-то ясность.

Слезы сходили на нет, аккуратно вытерев платком потекшую тушь заметила консьержа, которой сидя за своим столом внимательно наблюдал за мной. Махнув головой в знак приветствия, приняла решение, что стоит наступить на свою гордость и попытаться все объяснить. Сама отчасти виновата, нужно было давно поговорить.

Оставив чемодан на первом этаже, села в лифт, в голове крутились фразы с которых следовало бы начать разговор. Слушать долгих объяснений он не будет, поэтому постараюсь донести информацию как можно быстрее. А дальше пусть решает сам. Глядя на бегущие номера этажей, гордость буквально кричала, что после подобного обращения нужно с высоко поднятой головой помахать платочком и не вспоминать о существовании Смирнова, а никак не пускаться в ликбез. Но сердце просило другого- попытаться, щемило в груди с такой силой, что стало больно дышать, с каждым шагом к квартире оно стучало все быстрее.

Нажав на звонок, слушала удары в груди. Тишина…шаги…дверь открыла Елена с профессиональной улыбкой на лице. Откинув все приличия и расшаркивания пошла в наступление:

— Мне нужно поговорить с Ярославом.

Выражение Елены не изменилось:

— Его нет дома, — произнесла ровным тоном.

Гордость кричала: "Не унижайся, идем!".

— Я знаю, что он дома. Минуту разговора, я больше не прошу, — слезы стали накатывать вновь.

— Мария, пожалуйста, не настаиваете, я не могу вас впустить, — профессиональное радушие сменилось на просьбу в глазах.

— Извините, — быстро развернувшись направилась к лифту.

"А я тебе говорила!" — подлила масло в огонь Гордость.

На улице меня ожидало такси, водитель говорил без умолку, задавал вопросы и сам же на них отвечал. Он мог бы работать утренним ди-джеем на радио. Вслух озвучила эту мысль и одухотворенный похвалой мужчина осыпал двойной дозой интересных историй от мастера извоза странных пассажиров. Стоя на светофоре под фоновый бубнеж рассматривала рекламу на которой прекрасная девушка с лучистой улыбкой рекламировала салон красоты. Ниже была надпись "Измени себя- измени свою судьбу!"

— Остановите, пожалуйста, я выйду тут.

До рейса было еще 6 часов, а изменить судьбу хотелось прямо сейчас.

Затащив чемоданчик в лобби салона, поинтересовалась нет ли свободного мастера, на мою удачу, как раз появилось окошко у "девочки с золотыми руками".

"Девочка с золотыми руками" была чуть старше меня и имела красивое лицо, короткую стрижку, которая подчеркивала грациозную шею.

— Добрый день, меня зовут Екатерина. Что вы хотите? Укладку? Могу сделать шикарные косы, будет очень красиво!

— Нет, спасибо. Я хочу стрижку, как у вас.

Мастер Золотые Ручки внимательно посмотрела мне в глаза. Следы недавних слез еще оставались на лице. Припухшие веки и потухший взгляд рассказали ей о многом.

— Не стоят они этого. Такие красивые волосы, — провела руками по пучку, наклонившись ниже, сказала, — завтра сильно пожалеете, что срезали длину.

— Нет, я давно хотела это сделать, — ответила глядя на отражение в зеркале.