Книга Я тебя съем, страница 86 – Лана Морриган

— Нет, даю слово. Я не буду от тебя требовать ничью жизнь. Александр свидетель. По рукам?

— Что значит не соглашаться? – Я игнорирую протянутую руку.

— Я бы не стал заключать сделку вслепую. С ним, – Александр, не стесняясь, указал пальцем на демона, – нужна максимальная конкретика.

— А у меня есть выбор? – спрашиваю я.

Вместо князя ответил Балаам:

— Есть, но скудный. Что предпочтешь, волк: конкретику или жизнь собственной матери? Возможно, я никогда и не появлюсь за своим долгом, в принципе, что ты можешь дать такого, что недоступно мне самому?

Александр устало покачивал головой, предоставляя возможность совершить выбор самому.

— Я согласен, – ответил я без раздумий.

— А я и не сомневался, – демон не скрывал своих эмоций, он радостно растягивал губы в отталкивающей улыбке. – А теперь разорви круг, волк. Просто сотри границу, если не передумал, конечно.

— Не передумал. – Носком обуви я растер следы собственной крови и пепла.

— Скрепим сделку. – Балаам перехватил мою ладонь и крепко сжал. – Отлично. Веди. – Не размыкал рукопожатия. – Думай о том месте, где сейчас мать.

Это не сложно. Мысли и так сосредоточены на поляне в сосновом лесу, где остался обезумевший от горя отец.

— Мама будет помнить о смерти? – Я тяну ладонь демона.

— Подробности сделки нужно обсуждать заранее, до рукопожатия, волк. – Балаам в раздражении дернул на себя. Рывок. Ощущение, что меня пропустили через отжим в стиральной машине, и легких коснулся аромат хвои.

— Фу! – скомандовал Балаам, реагируя на рычание оборотней. – Сидеть, – бросил, не поворачиваясь к Альфе. – Неприятно, когда вот так вот встречают. Все же я пришел помочь.

— Они всегда такие. Неблагодарные, – добавляет Александр, замыкая наше шествие.

Если бы от этих двух…  не зависела жизнь моей матери, то я хотя бы попытался заткнуть им рты. Но мне приходится давиться злостью, болью и осознанием собственного бессилия.

— Ваша помощь не понадобится, – произносит демон, одаривая высокомерным взглядом Альфу и его сопровождение.

— А это не тебе решать, – рычит Альфа.

Тела всех пятерых оборотней сотрясает и покрывает дымкой сдерживаемого обращения.

— Как раз мне, – Балаам уверенно движется навстречу отцу. – Князь, помоги, – бросает через плечо. – Остальным советую не приближаться.

Александр не спрашивает, что от него требуется, мерцнув, возникает за спиной отца. Впервые я вижу, на что способен Высший вампир. Не прилагая видимых усилий, парой молниеносных движений он выхватывает тело, с легкостью уворачиваясь от ударов рук с когтистыми кистями. Еще одна секунда, и Балаам держит мою маму, а князь, обхватывает отца со спины, стягивая его и лишая какой-либо возможности нанести удар. Человеческое тело трансформируется, раздается в размерах, покрывается шерстью, и в воздухе уже щелкает волчья пасть, рыча и скалясь.

— Успокой, он мешает сосредоточиться. – Демон опускается на колени, укладывая бездыханное тело прямо на сухие сосновые иголки.

— Арнар. – Князь встряхивает отца, словно тряпичную куклу. – Арнар!

Но человеческую часть полностью поглотил зверь. Продолжая попытки избавиться от вампира, не отрывая взгляд от обескровленного лица мамы, зверь низко воет, переходит на рычание и возвращается к тихому поскуливанию. Я впервые слышу подобное. Сдавленный вибрирующий вой, наполненный бесконечным отчаянием и болью. От этих звуков каждая мышца, каждое сухожилие, кость пропитываются ядом потери.