Книга Ловелас. Том 9, страница 38 – Илья Взоров

— Отжимался, — сказал я.

Гвидо открыл рот.

Олсен поднялся с корточек и посмотрел на меня снизу вверх своим белёсыми глазами.

— На пляже, — уточнил он.

— Ага.

— Ну да. — Он вытер ладонь о штанину. — Пройдусь по берегу. Гвидо, идём, посветишь.

Они ушли на север, итальянец на ходу обернулся дважды.

Лёд принесли в полотенце, бинт нашёлся в жестяной коробке с красным крестом, которая у Большого Хэнка хранилась, судя по пыли, с открытия заведения. Я сел рядом с Мэрилин и приложил лёд к своей скуле. Ей наложили повязку.

Фельдман прибежал из бара с бокалом в руке и ассистенткой в кильватере.

— Мисс Монро! Что случилось?

— Бежала по песку и подвернула ногу, — сказала Мэрилин. — Темно, ямка.

— Я говорил! Я вам говорил про пляж и про обувь!

— Говорили, Чарли.

— Нужен врач. Я найду телефон…

— Мне нужен лёд, и он у меня есть. — Она переложила полотенце. — Джоан, у тебя в руке половина пиццы. Ты её донесла от бара досюда и не съела ни куска. Идите оба развлекайтесь. У меня все впорядке!

— Кит, тут явно что-то не впорядке… — теперь появились Полли и Китти. Первая с бокалом, вторая какая-то зеленая. Ей явно уже следовало быть дома.

— Дамы, у нас все отлично! Китти, Гвидо отвезет тебя домой, даже не спорь! Полли, проконтролируй пожалуйста.

Адлер посмотрела на меня с сомнением, покачала головой:

— Гвидо куда-то пропал. Сама отвезу.

— А заек кто будет контролировать? — я увидел, как Камилла в танце обжимается с каким-то чернявым парнем. Ушки у нее свалились на шею, помада размазалась — Сейчас Гвидо объявится и отвезет.

С трудом, но удалось всех успокоить.

Мэрилин тронула мою скулу кончиками пальцев.

— Тебе тоже досталось. И они это увидели — повторила она.

— Им прилетело серьезнее — сказал я.

— Это твое каратэ?

— Да. Спасло нам жизнь

Большой Хэнк подошёл с другой стороны, и подошёл не один. Рядом с ним шёл полицейский в форме, с сержантскими нашивками и фуражкой под мышкой, лет сорока пяти, с красным от ветра лицом. У меня екнуло сердце. Нашли негров⁈

— Мистер Миллер, — сказал хозяин бара. — Тут такое дело. Очень много народу. На парковке стоят в четыре ряда, по шоссе идут пешком, и их всё ещё прибывает. Как бы давки не случилось.

— Сержант Бьюкенен, — представился полицейский. — У меня восемь человек. У вас шесть патрульных. Этого хватает на вход и на подъездную дорогу, а на остальное нет.

Ясно. Охрана и полиция уже не справляются. Что делать? Заканчивать вечеринку или рискнуть продолжить?

— Можете прислать ещё людей? — спросил я.

Бьюкенен наморщил лоб.

— В теории можем. Есть резерв в Хоторне, есть смена, которая отдыхает, можно поднять по тревоге человек двадцать. Техника тоже есть, два мотоцикла и фургон. — Он надел фуражку и тут же снял обратно. — Только мы такого не решаем, мистер Миллер. Такое решает комиссар. Там же деньги за сверхурочные.

Ну конечно. Комиссар. И бабки…

Мы с ним встречались дважды, оба раза на благотворительных ужинах, и оба раза он пожимал мне руку, а потом вытирал ладонь о салфетку. Человек, который публично объяснял городскому совету, что журналы с девушками в купальниках есть первая ступень лестницы, ведущей к наркотикам. Если в Лос-Анджелесе есть список людей, которые будут рады услышать мой голос в половине одиннадцатого вечера, то он в нём предпоследний. Последний — Гувер.