Книга Безымянный. За гранью прошлого, страница 12 – Елена Архипова

Анна послушно обхватила кружку ладонями, вдыхая терпкий травяной аромат. Пила мелкими глотками, чувствуя, как тепло разливается внутри.

— Куда я могу развесить одежду?

— Вон на печи веревка, — кивнул и потянулся к рации. — База, я Лесник. Женщину привёл, всё в порядке. Завтра доставлю в деревню.

— Лесник, база, — прохрипела рация. — Не получится, грозовой фронт пришёл раньше. Синоптики обещают ураган, грозу, шквалистый ветер. Сиди там, жди отбоя.

— Понял тебя, база.

Макар повесил рацию на крючок на стене и посмотрел на Анну:

— Застряли. На сутки, может, дольше.

— Застряли? — переспросила она. — Здесь? С вами?

— Проблемы? — в его голосе явственно прозвучала насмешка.

— Нет, просто... неудобно вам...

— Переживу, — ответил коротко, и шагнув в угол, открыл подпол, но прежде, чем спуститься вниз, пояснил: — Буду ужин готовить. Тебе, если нужен туалет, то там, в сенях, есть дверь.

Он спустился в подпол, а Анна, сделав над собой усилие, поднялась с табуретки, развесила, как могла, на веревке свою мокрую одежду и пошла в туалет.

Хотелось не столько в туалет, сколько элементарно умыться и хоть как-то разобрать колтун на голове.

Вернулась из сеней ровно в тот момент, когда Макар вылезал из подпола. В одной руке мужчина держал ведро с овощами, в другой кусок мяса.

Поднимался он по крутой лестнице без помощи рук, увидев её и столкнувшись с ней взглядом, чуть покачнулся.

Совпало так или действительно оступился — неизвестно, но Анна подскочила, схватила его за плечо, не давая упасть. Лесник замер, мужское плечо под рукой Анны напряглось, словно окаменело.

— Извини… те… — она отдернула руку, — мне показалось, что вы сейчас упадете.

Он кивнул, ничего не ответив и преодолев две последние ступени, ступил на пол.

— Ужин не скоро будет, — пропустил её извинения без ответа, — ты устала и замерзла. Если не хочешь заболеть, ложись в кровать. Когда будет готово, я разбужу.

— Я могу помочь с ужином! — вызвалась.

— Нет, ложись! — кивнул на топчан.

— Вы воевали? — спросила она тихо, резко сменив тему.

Макар молчал. Он не хотел говорить об этом. Ни с кем не говорил об этом и уж тем более с женщинами. Знал, те или рыдать начнут, или жалеть, увидев его шрамы. И то и другое ему было без надобности. Особенно жалость. Тем более жалость.

Он подошёл к столу, налил ещё чаю, поставил перед ней кружку, скомандовал:

— Пей. И ложись.

— Но это ваша кровать… И ваше бельё…

— Брезгуешь? — бросил насмешливо и его единственный глаз впился в лицо Анны.

— Нет, — ответила быстро, — но я…

— Спи, — оборвал жестко, почти грубо, — не усложняй, Анна.

Она вздрогнула от его тона, но промолчала. Взяла чай, прижалась к кружке ладонями и мысленно ругая себя, сделала глоток. Это было не её дело, и она не имела права лезть к нему в душу.

Она допила чай, и поняла, что если сейчас же не ляжет, то уснет прям тут, на табуретке.

Анна согрелась. В доме было тепло, уютно трещали в печке поленья, а за окном набирал силу ветер. Думать о том, что с ней было бы, не найди её Макар, женщине не хотелось.

Анна легла, натянув тяжёлое одеяло до подбородка и закрыла глаза. Слушала, как барабанит по крыше дождь, как потрескивает печь, как возится с ужином Макар.

Странный он. Хмурый, неразговорчивый. Грубый какой-то. Но глаза... этот единственный живой глаз...