Книга Мера всех вещей. Убийство в замке Сфорца, страница 72 – Марко Мальвальди

— Ну, господа, на этом наше задание почти закончено. У нас нет никакой причины задерживаться в Милане. Я имею в виду – нет никакой официальной причины. Понимаете меня, Робино?

Герцог де Коммин, положив локти на стол, барабанил друг о друга кончиками пальцев. Робино в нетерпении расхаживал рядом со столом.

— Конечно, понимаю, герцог. Как я вам уже говорил, Маттене этой ночью не вернулся к себе домой, и это хороший знак.

— Его могли убить на улице, – сказал Перрон де Баш, глядя куда-то вверх. – Или его мог сразить божественный гнев. Говорят, в последнее время опасно ходить по Милану, если ты во грехе.

— Тогда этот замок должен был бы гореть уже целые десятилетия. И мы вместе с ним. Извините, я слышу какой-то стук.

Все трое замолчали. Тут и впрямь раздалась пара ударов в дверь. Удары были быстрые и как бы бесшумные. Робино длинными шагами быстро подошел к двери и спросил:

— Кто там?

— Это я, я, – ответил голос Маттене.

— Понял, отец. Вы – приор.

— Именно так, мессер Леонардо. Я могу понять, что поведение брата Джоаккино вас раздосадовало, но уверяю вас: опасаться его вам не стоит.

— Значит, он не собирается писать епископу обвинение меня в ереси?

— Этого я исключать не могу. Но могу исключить, что такое письмо будет отправлено. – Отец Диодат посмотрел на Леонардо с добродушным видом. – Ни одно письмо не выйдет за пределы этих стен, прежде чем я его прочту, мессер Леонардо. И ни одно не попадет в руки моих собратьев, минуя меня. Слова, когда они написаны, летят на дальние расстояния, сохраняются во времени и могут причинить вред. Моя сила, как и всякая сила, заключается в том, что я знаю больше, чем моя паства.

Леонардо и отец Диодат прогуливались вдоль галереи монастыря и уже прошли пару кругов. Приор остановился, дойдя до трапезной, и снова посмотрел на Леонардо. Голос его был твердым, как его сапоги:

— Брат Джоаккино неправ в другом вопросе. Видите ли, Леонардо, правда состоит в том, что моя Конгрегация возникла именно как противодействие деньгам, торговле, постоянному и меркантильному использованию, которое священники делают из слова Господня. Поэтому мы и называемся «Бедняками Иисуса».

Леонардо кивнул. Он знал историю Коломбини, сиенского купца, который после прочтения житий святых, сочинения Якопо из Вараджине, обратился. Он раздал все свое имущество и начал жить в бедности. Сам он был из Сиены, и почти все монахи Конгрегации были сиенцами или тосканцами. Кроме брата Джоаккино, Леонардо никогда не встречал ломбардца-иезуата.

— Денег следует избегать, но истинный хозяин Милана не деньги. Деньги используют как средство для достижения власти, а не как самоцель. Начиная с Моро, который использует приданое племянницы, чтобы быть провозглашенным герцогом, и заканчивая последним из муниципальных секретарей, который покупает должность, оплачивая обязательства своему предшественнику. Но дьявольская форма, которую они почитают, не деньги. Это власть.

Продолжая говорить, приор вошел в дверь. Леонардо последовал за ним.

— Но эта власть – власть призрачная, смертная. Лишь Всемогущий может иметь истинную власть над людьми. Человек, каждый человек, какое бы место в мире он ни занимал, насмехается над Всемогущим и присваивает себе права, которых у него нет и которые принадлежат только Ему.