Онлайн книга «Усадьба Сфинкса»
|
— Лучше видеозвонок, – посоветовала Алина. – Если она не дурочка, то таких видео может заранее наснимать, специально для тревожной сестры. Зоя ушла звонить, а Алина сидела и смотрела в блестящую ночными отсветами и отражениями тьму за панорамным окном. Адахамжон появился через двадцать минут, вынырнув светлым призраком из кромешного мрака арки двора. Развесил на плечиках тренч, поставил зонт и уселся за стол с ноутбуком, собранный, серьезный и аккуратный. Зоя закрыла жалюзи, выключила верхний свет и зажгла настольные лампы; чашки наполнились чаем и кофе, и офис преобразился, сделавшись похожим не то на сказочный погребок, не то на затерянную в лесу харчевню, отрезанную непогодой от мира, где странные постояльцы по воле случая собрались у камина, чтобы поведать друг другу невероятные истории. — Я был готов к тому, что придется обратиться в Центральный архив, – начал Адахамжон, – однако информации, содержащейся в петербургском Архиве, оказалось достаточно, по крайней мере, на данном этапе. С одной стороны, это упрощает дело, но с другой… Впрочем, я изложу только факты, судите сами. Это еще далеко не полное исследование, многое предстоит уточнить, но в общих чертах… — Давай уже, – сказала Зоя. – Хватит держать интригу. — Я совершенно согласен с Алиной Сергеевной в том, что характерный одиночный укус – это весьма специфический маркер, и взял этот признак за основу сбора и обработки информации. Первые обнаруженные мной уголовные дела, в материалах которых упоминается данный укус с травматической ампутацией тканей, датированы весной 1963 года, в период с конца февраля по конец мая. Их три: убийство Огаревой Нины Ильиничны, учащейся десятого класса средней школы, 17 лет; Рукавишниковой Евгении Александровны, также учащейся, 16 лет; а также Саабир Агриппины Эдуардовны, 18 лет, студентки первого курса Политехнического института. Насколько я могу судить, тогда эти дела не были объединены в одно производство. Однако летом и осенью 1968 года одиночный укус появляется снова, в этот раз на телах уже пяти жертв: Бертельс Анны Валентиновны, помощницы библиотекаря, 18 лет; Субботиной Аллы Дмитриевны, учащейся текстильного техникума, 16 лет; Горемыкиной Виктории Михайловны, неработающей, 18 лет; Флиге Лидии Львовны, упаковщицы кондитерской фабрики, 18 лет; и Филатовой Дианы Викторовны, восьмиклассницы, которой на момент убийства едва исполнилось 15 лет. В том же году эти дела, а также еще три аналогичных случая пятилетней давности были признаны результатом преступных действий одного или, что менее вероятно, нескольких преступников, с ярко выраженным modus operandi. Во-первых, как вы можете догадаться, причиной смерти всех жертв стала механическая асфиксия. Жертвы были задушены, причем исключительно руками, которыми неизвестный убийца сдавливал шеи с такой силой, что ломал не только подъязычные кости, но и хрящи гортани. На телах не было иных повреждений, свидетельствовавших о том, что перед смертью жертвы смогли оказать сколь-либо активное сопротивление; также отсутствовали признаки сексуального насилия. Я избегаю личных оценок и эмоциональных суждений, но в том, как обращался преступник с телами своих жертв, мне видится некое своеобразное уважение: во всех случаях девушки уходили из дома на лекции, в школу или на работу и не возвращались, а на следующий день их находили в уединенных городских скверах, на аллеях парков и даже на остановках общественного транспорта. Одежда всегда сохранялась в относительном порядке, чистая, не разорванная, деньги и ценности оставались на месте, хотя у задушенной Горемыкиной на руке были надеты довольно дорогие золотые часы. Погибшие сидели или лежали на скамейках: не брошены как попало в грязь у обочины или в какой-нибудь яме, но старательно и, я бы даже сказал, нежно усажены или уложены так, чтобы издали казаться спящими. Агриппину Саабир, например, и вовсе оставили на лавочке у парадной ее дома, и обнаружившие свою дочь родители некоторое время еще пытались привести ее в чувство и даже занесли в квартиру, от потрясения игнорируя очевидное трупное окоченение. Кроме того, все укусы были нанесены в область тела, неприкрытую одеждой, – это свидетельствует о том, что убийца не раздевал своих жертв. |