Онлайн книга «Усадьба Сфинкса»
|
— Отпереть обе створки! Двери настежь! — Лестницу несите! — Не надо лестницу! Прах, подсади! — Дунька! Бестолочь! Куда лезешь?! Вот, вставай рядом с Сережей! — Что возитесь?! — Сейчас, заело чего-то… — Римма, подотри ты ему сопли, смотреть тошно! — Открыл! С гулким протяжным скрипом раскрылись огромные двойные двери, из холла потянуло сквозняками и холодом. На террасе добавилось публики: фирсы, псарь Николай и конюх Архип. Все смотрели, как белый джип подъезжает все ближе. Когда автомобиль поравнялся с лестницей Нижней террасы, Обида Григорьевна не выдержала: — Аристарх Леонидыч, я побегу уже, можно? И, не дожидаясь ответа, стремительно посеменила вниз по ступеням. За ней огромными шагами стал спускаться Герасим. Машина остановилась. Водитель в черном костюме вышел, обогнул джип спереди и открыл правую заднюю дверь. Обида Григорьевна понеслась опрометью. Я всерьез опасался, не скатится ли она кубарем по ступеням, но обошлось, и, едва из машины вышла девушка в чем-то розовом, Обида Григорьевна с ликующим криком заключила ее в объятия. До террасы донеслись возбужденно-радостные голоса. — Она была няней у нее несколько лет, – негромко сказала Вера и вздохнула. – Так трогательно, обрыдаться можно. К раскрытому багажнику подоспел Герасим, готовый взяться за чемодан. Мария Аристарховна оживленно о чем-то говорила со своей бывшей няней и вдруг села обратно в автомобиль, делая приглашающие жесты. Обида Григорьевна обежала машину и забралась с другой стороны, водитель закрыл дверцы и отправился обратно за руль. Крышка багажника медленно опускалась. Герасим постоял мгновение в растерянности, а потом побежал по лестнице вверх, перепрыгивая две ступени за раз. — Господа, господа, идем к северной террасе, господа! К северной террасе! – вскричал Аристарх Леонидович. На несколько секунд возникла суетливая толчея: фирсы и прислуга расступались, чтобы пропустить воспитанников и нас с Верой. Все почти бегом устремились назад через холл, потом через Большую гостиную к застекленным дверям на террасу, глаз божества с потолка таращился возбужденно, и казалось, что сейчас к общему движению присоединятся кружащиеся в вихре королевские особы, тигры и крокодилы. Мимо, разя запахом пота, промчался Герасим. Марта раскрыла двери. Белый Land Сruiser торжественно въехал во двор, скрипя гравием под колесами. Все выстроились полукругом; распахнулись дверцы автомобиля, и через несколько мгновений порог гостиной переступила миловидная девушка среднего роста в модном розовом тренче. У нее были русые, чуть вьющиеся волосы, аккуратно забранные на затылке, детские припухлые губы, большие глаза, синие, как июньское небо, и очень правильные, классические черты лица, с которыми можно было бы позировать для портрета юной русской аристократки или легко пройти кастинг на главную роль в фильме про гимназистку из дворянской семьи. На вид ей было никак не больше семнадцати лет; а еще я отметил, что она совершенно не походила ни на отца, ни на брата. Позади нее стояла сияющая Обида Григорьевна с радостно слезящимися глазами, и Герасим с небольшим голубым чемоданчиком, который в его руке казался аксессуаром из кукольного домика. — Машенька, душа моя! – Аристарх Леонидович шагнул вперед, широко раскрывая объятия. – Что за прекрасный сюрприз! |