Онлайн книга «Усадьба Сфинкса»
|
Алина улыбнулась. — Видите ли, не только вы обратили внимание, насколько Мария Аристарховна фон Зильбер подходит под описание типичных жертв Сфинкса, поэтому я решила, что имеет смысл сделать анализ ее ДНК. — Полагаете, она согласится? — Мы не спросим, – Алина заговорщицки подмигнула. – У нас есть стакан, из которого она пила накануне. И я уже отправила его на экспертизу. Глава 17 Я проснулся, окутанный тишиной и прохладой, растворившей уже почти неуловимые сладковатые ароматы цветов и погасших свечей. В узком окошке над изголовьем светилось бледно-серое небо. Кровать, на которой я лежал, была огромной, высокой, и занимала почти все пространство маленькой спальни на втором этаже. Очень толстый и мягкий матрас словно специально предназначался для того, чтобы под него подкладывать принцессам горошины; металлическая спинка причудливой ковки состояла из переплетения стеблей и соцветий фантастических растений, лилий и роз, и в них крепко вцеплялась Машенька, когда сидела на мне и яростно, с бешеной силой и скоростью двигала бедрами.
В голове было пусто и ясно, как солнечным ранним утром, но вечер и ночь вспоминались урывками, так, словно я провел их в бессознательном состоянии или беспробудном запое. Я лежал голым; пуховое одеяло было отброшено, скомкано и застряло между стеной и кроватью. Под ним обнаружились мое нижнее белье, водолазка и брюки. Я встал и оделся; тело ощущалось сильным и легким, не считая лишь характерной, тягуче-приятной легкой боли в самом низу живота и паху. На белых простынях темнели обширные влажные пятна, в которых широкими мазками алела кровь и свивались тонкими ломкими линиями несколько длинных, темно-русых волос. Некоторое время я смотрел на этот ночной этюд:
А потом накрыл его одеялом. На низком потертом комоде в углу, рядом с погасшими восковыми свечами, растекшимися в керамических плошках, обнаружилась записка:
Я бережно сложил записку, убрал в карман и по тесной винтовой лестнице со скрипучими рассохшимися ступенями спустился вниз. За дверью внизу у лестницы действительно располагалась крошечная уборная с душем, кривовато нависшим над пожелтевшей старинной ванной; стены были облицованы камнем, похожем на тот, из которого сложили очаг в нижней гостиной. Огонь в нем давно погас, с почерневших обугленных головешек сквозняки сдували легкий белесый пепел. Я прошел по дощатому полу через гостиную, позади которой оказалось некое подобие кухни: зеленый шкафчик с закрытыми дверцами на стене, табурет и чугунная дровяная плита на одну конфорку. Столешницей служил широкий подоконник выходящего на задний двор небольшого окна, за пыльными стеклами которого видны были сваленные среди палой гниющей листвы и пожухлой травы старые каменные кресты и надгробия, покрытые пятнами мха и плесени. Похоже, что когда-то в этом домике жил смотритель кладбища, хотя я бы все же поставил с большей уверенностью на лесную ведьму. На одном из могильных камней, напоминающем осколок черной скалы, можно было различить странный символ, похожий на пентаграмму с кругами на каждом луче. Я попытался прочесть имя, но буквы стерлись дождями и временем. От этого занятия меня отвлек тоненький писк: маленькая серая мышка-полевка сидела на полу совсем рядом с моей ногой. Она внимательно разглядывала меня и теребила передними лапками усики на смешной мордочке. |