Онлайн книга «Усадьба Сфинкса»
|
Первые этапы биографии Леонида Ивановича были вполне обыкновенными для молодого человека того времени: школа, служба в армии, поступление в Первый медицинский институт. Незаурядность стала проявляться после выпуска, когда он остался на кафедре генетики и уже через два года блестяще защитил диссертацию, получив в 28 лет степень кандидата медицинских наук. Алина сверилась с другими записями: лето и осень 1968-го года, пятеро погибших девушек, в том числе пятнадцатилетняя школьница, нетронутые убийцей золотые часы на руке, дворничиха Мамедова, видевшая, как от остановки, где на лавочке сидела мертвая помощница библиотекаря, отъезжает большой черный автомобиль – в свете последних открытий приходилось признать, что за рулем весьма статусной и редкой по тем временам машины находился новоиспеченный кандидат наук, который душил, а потом вырывал зубами куски из тел своих жертв. В следующем году молодой перспективный ученый женился на некоей Анне Полянской, студентке того же медицинского института, которая была младше его на десять лет. О ней, помимо этих весьма поверхностных сведений, не удалось найти иных упоминаний, кроме как о ранней смерти почти сразу же после рождения ребенка в 1970 году, когда на свет появился единственный сын Леонида Ивановича, получивший многообещающее имя Аристарх, что в переводе с античного означает не менее чем «предводитель аристократов». Карьера Леонида Ивановича Зильбера развивалась необычайно скоро: ему не было тридцати, когда он стал руководителем сельскохозяйственной лаборатории Экспериментального филиала Института генетики, а через пару лет, после неожиданной отставки его предшественника, написавшего заявление по собственному желанию и переведенного на стройки народного хозяйства, возглавил и весь филиал. Это произошло в ноябре, а уже в феврале следующего года перепуганная до безумия девочка наблюдала через щелочку меж дверей шкафа, как ее сестру душит некое чудище, в коем через некоторое время она опознала блестящего ученого, возглавляющего исследования на передовом крае советской генетики. — Как это странно, – заметила Зоя. – Я всегда считала, что серийные убийцы обычно не обладают высоким социальным статусом, не говоря уже про научные достижения. — Джон Гейси, убивший тридцать три человека, был успешным бизнесменом, политиком и видным деятелем Демократической партии США, – откликнулся Адахамжон. В последние дни они каждый вечер собирались в офисе – это стало традицией, чем-то вроде довольно специфического книжного клуба или кружка по интересам, – чтобы поделиться своими находками и умозаключениями. Жалюзи опускались, выключался яркий дневной свет, запах кофе наполнял мягкий сумрак, а на столе появлялись сакраментальный сервиз, преподнесенный Алине по случаю увольнения ее осчастливленными сотрудниками, исписанные листы бумаги, фотографии и ноутбук Адахамжона. — Зильбер не обычный серийный убийца, – сказала Алина, – и двигала им не порочная страсть, но некое глубочайшее убеждение в необходимости того, что он совершал, нечто сродни религиозной мании, а ей могут быть подвержены все, от совершеннейших маргиналов до философов и экономистов с мировым именем. В следующие пятнадцать лет после того, как Леонид Иванович возглавил Экспериментальный филиал, уместились еще полтора десятка убийств, переезд вместе с сыном на постоянное жительство из Петербурга в здание филиала, трагический самооговор и расстрел злосчастного Чагина и присвоение почетного звания члена-корреспондента Академии наук; по делу Сфинкса формируется новая следственная группа под руководством Кравченко и Пукконена, а Аристарх Зильбер, вероятно, не без некоторой протекции, а может быть, и давления со стороны отца, поступает на первый курс медицинского института. |