Книга Наши темные истории, страница 28 – Эми Голдсмит

«Бедная старушка».

«…Почти тридцать лет таксует… и хоть бы что…»

— Ну, в мире ни дня не проходит, чтобы кто-то не умер, – заметила я, безуспешно попытавшись поддержать легкий тон беседы.

Эмма снова хихикнула. Она мне нравилась.

— Умрет тот, кто услышит вопль. Хотя это же просто легенда для детишек. Ну, чтобы к воде не совались. – И она беззаботно махнула рукой. – А ты, смотрю, пташка ранняя.

— Видимо, все из-за крика, – подколола я Эмму. – А ты давно у Ренов работаешь?

Она снова посмотрела на озеро.

— Моя семья годами на них пахала, с тех пор, когда тут еще была гостишка с завтраками, в восьмидесятые. Тогда и озеро выглядело посимпатичней.

— Наверное, хорошо знаешь Лотти и Себа?

Я присмотрелась к милому, улыбчивому лицу Эммы, к ее густым светлым волосам и задумалась, насколько хорошо она и правда знает Ренов.

— Да, можно и так сказать. В детстве все было проще, тогда… – она слегка наморщила носик, – …разница между нами не бросалась в глаза. Мы здорово проводили время летом.

Эмма обернулась и подняла голову, глядя в направлении странной башни, которую я видела еще из окна своей комнаты. Постройка торчала из гущи леса, напоминая каменного колосса.

— А там что за место? – вслух подумала я.

— Павильон-каприз^[15] Ренов, – ответила Эмма. – Его построили примерно в одно время с домом, чтобы богатеи могли там тусить. Правда, туда больше никто не ходит. По крайней мере, те, у кого мозги есть. Отец говорит, что конструкция неустойчива. Гиблое место.

Она вроде как хотела что-то добавить, но промолчала. Значит, никто больше туда не ходит? Приключения Скуби-Ду да и только. Я улыбнулась уголком рта, не зная точно, дурачит ли меня Эмма, но она избегала моего взгляда.

— Ну ладно, мне пора. Работы полно. Слышала, у вас шикарный вечер намечается. Главное, чтобы банши твоя сегодня из озера не вылезала.

Я смущенно кивнула. Эмма была не старше нас, и мне казалось неправильным, что она тут батрачит, пропуская учебу, и внезапно я прониклась к ней чувством солидарности. Мы ведь обе отличались от этих богатеньких деток, обе знали, каково это – все лето заниматься дерьмовой работой, не имея иного выбора. С другой стороны, здесь и сейчас я сама принадлежала к числу мажоров. Я ведь именно этого хотела? Только поэтому сюда и приехала. Чтобы закрепиться в лучшей версии себя. Чтобы в резюме была престижная, уважаемая частная школа. И чтобы больше не жить в паршивейших районах Лондона.

Я помахала Эмме рукой и пошла назад к дому, а она двинулась в противоположном направлении, к воротам. Однако по пути я замерла и тихо застонала.

Ко мне трусцой бежал Себ, одетый, несмотря на мелкую морось, в спортивные шорты и футболку. Когда он приблизился, я хладнокровно махнула ему в знак приветствия, а потом сразу же перевела взгляд на дом. Игнорить других я тоже умею.

К моему неудовольствию, Себ остановился рядом. В том, как он стоял, тяжело дыша, в футболке, ворот которой уже пропитался потом, и как на его лице блестела тонкая пленка дождевой воды, угадывался некий призыв к перемирию. Я снова отвернулась. Честное слово, так я чувствовала себя безопасней.

— Привет, а это местечко и правда нечто, да? В те редкие минуты, когда не льет дождь.

«Нечто»… Интересно сказал.

Вокруг и правда было невероятно красиво, этого я не стала бы отрицать. Зеленый пейзаж на сером фоне выглядел умиротворяюще, хоть и не был лишен суровости. Глубокие овраги, заросшие ежевикой и крапивой. Пучки пожелтевшего камыша, маскирующие коварный спуск к воде. Даже деревья казались мне злыми. Тощими, роняющими листву великанами. Себ отвернулся и махнул рукой в сторону озера, так легко и запросто, словно не было последних трех месяцев.