Книга Слепая. Бывшая хозяйка старого поместья, страница 76 – Дия Семина

— Я бы и так уехала, но с деньгами мне будет спокойнее, уже и вещи собрала.

— Так и знала, что ты продажная, просто выжидаешь удачный момент, продажная и хитрая. Но так даже лучше, не взыщи, но сыну я скажу правду, что ты купилась за деньги.

— И сделаете мне большое одолжение, потому что я уже устала от ваших препирательств. С небольшой суммой я найду место, где устроиться. Единственное условие, деньги мне отдадите при Фросе, чтобы это были деньги, а не фантики, уж простите, в моей ситуации доверяй, но проверяй, — я основательно уцепилась за эту возможность. Антонина всё равно меня выживет, а так я хоть не с пустыми руками и со спокойным сердцем, наконец, уеду и сделаю всем огромное одолжение. И Дмитрий во мне, наконец, разочаруется и не поедет спасать на свою голову.

В общем, оправдала свою меркантильность как могла, и совесть почему-то меня ни разу даже не щипнула.

— А ты умна! А ведь казалась эдакой наивной пустышкой, всё точно рассчитала, — внезапно в её голосе прозвучал интерес, а мне захотелось прошептать: «Нет, нет, только не передумай!».

— Жизнь меня учит, и такие добрые люди, как вы.

— Марианна сказала, что ты была в пансионе одной из лучших, и не самой бедной, но потом что-то случилось и тебя выставили, этот из-за скандала с женихом?

Всё, она увязла в любопытстве, ещё немного и передумает, не дай Бог, заберёт с собой в столицу, а сыночке оставит Марианну.

— Я заболела, врачи подумали, что чахотка, и сослали от греха, а оказалось простое воспаление лёгких. На свежем деревенском воздухе я поправилась. Вот и всё. Моего жениха Юрия Борисовича, вы сами видели, красивый, но трус, а, может быть, и слишком умный, раз не захотел связываться с инвалидкой. Его мама примерно, как вы была настроена против свадьбы, а я не из тех, кто ломает стены, если рядом есть дверь.

На секунду показалось, что мы нашли взаимопонимание, какое мне совершенно не нужно сейчас. Только не это, только недолгое раздумье, только не… Не-е-е-е-ет! — хотелось простонать, но увы, слишком поздно:

— Пожалуй, я ещё понаблюдаю за тобой! А потом заберу в столицу, ты умна, а умные люди нынче редкость. Поговорить не с кем, порой.

«Не-е-е-е-е-е-ет!» — таки простонал мой внутренний голос, но Антонина уже всё для себя решила. Поднялась, остановилась, наверное, посмотрела на меня или в окно, окончательно взвешивая все за и против. И повторила свою «угрозу»:

— Мне нужна компаньонка, выкинуть триста рублей я могу и позже, когда разочаруюсь в тебе. А пока хочу присмотреться к Марианне, думаю, ваше противостояние будет забавным и показательным, да и немного ревности с обеих сторон не помешает, и через неделю уедем…

Сказала и вышла, а я чуть было не завопила как петух от злости: свобода была так близко. Но теперь я совершенно точно должна тайком уехать в санаторий и попросить место пианистки. Это моя последняя надежда на спасение. Только бы хоть какую-то повозку нанять, да вещи тайком вынести, чтобы господа не поймали и не оставили при себе, как забаву. Вот они издержки раннего капитализма.

Сон как рукой сняло, пришлось вставать, умываться, долго причёсывать волосы, заплела две косы, сама надела платье, с твёрдым желанием научиться ухаживать за собой самостоятельно.

Кажется, я только что оказалась втянутой в новую версию игры «Кошки-мышки», Её Милость, решила не упрощать задачу своей будущей невестке. С такой свекровью — уж лучше вообще обходить стороной распрекрасного Дмитрия Назаровича.