Книга Заноза для Ромашова, страница 53 – Маргарита Светлова

Надо будет, наверное, ей ещё раз растолковать, когда время появится, чтобы не смела моей матери даже звонить. Я не прощу никогда того, что она сделала. Да и уверен, что мама не знает правды о том, что Ирка натворила. Иначе бы не пыталась нас свести. Я, конечно, маме не собирался говорить правду. Своим дерьмом никогда не делюсь с близкими. Нечего им переживать.

Наконец я добрался до места. Стоило мне войти в квартиру, я вновь услышал плач Канарейки.

— Ох, ничего ты закупился, — усмехнулся Смирнов, увидев кучу пакетов, которые я занес в квартиру. — По-моему, ты зря это сделал. Послезавтра девчонка уже в СИЗО будет.

Как представил Канарейку там, у меня внутри всё похолодело. А Смирнов стоит и улыбается.

— А я смотрю, ты рад этому? Безгрешный ты наш. Почему она опять плачет? Ты постарался? — Я смотрел на него и боролся с желанием врезать ему по роже.

— Нет, сестра приезжала. Лютый её привозил. Ну и после общения она и завелась вновь. — Смирнов зевнул. — Ладно, поеду домой. У меня уже сил нет слышать её вой.

— А ну стоять. — Я схватил его за руку. — О чём они с сестрой говорили?

Я был уверен, что Смирнов подслушивал. Он скривился и вкратце пересказал разговор. Ясно. Сестра младшей хвоста накрутила, и, что уж душой кривить, заслуженно. Любовь у неё, значит, к этому Ахмеду... Вот сам бы сейчас высек эту дурочку безголовую. Ну что у неё сейчас в голове? Тут думать нужно, как не угодить за решётку, а она всё грезит этим мерзавцем.

Смирнов ушёл. Я быстро закинул скоропортящиеся продукты в холодильник и только собрался остальное разложить по шкафам, как услышал очередной всхлип. И всё. Просто не смог больше это выносить. Не стуча, зашёл в комнату к Канарейке.

Она, бедная, лежала в позе эмбриона и горько плакала. У меня сердце защемило от этой картины. Мне сейчас было плевать, что она по тому подонку слёзы льёт. Я подошёл, взял её на руки, посадил к себе на колени. Она застыла и даже дышать перестала.

— Канареечка, хватит плакать, — сказал я тихо и прижал её к себе.

Глава 22

У меня вновь случился нервный срыв, когда осознала, что подставила сестру. В очередной раз! Опять разревелась и не могла остановится. Понимала, что это уже ненормально, что так дальше продолжаться не может, но проклятые слёзы остановить не могла.

Хотела спасти Милу, а в итоге толкнула её к человеку, возможно, ужаснее Андреева.

«Да почему я всё порчу? Почему? Да что со мной не так?!» — крутились у меня мысли в голове.

И вдруг меня кто‑то подхватил на руки — резко, неожиданно, — и я оказалась сидящей на чьих‑то коленях. Я замерла. На миг показалось, что это Андреев. Сердце ёкнуло, и я не знала, как на это реагировать. Но потом услышала голос Терминатора — тёплый, низкий:

— Канареечка, хватит плакать.

Несколько секунд я была в ступоре. Мозг будто отключился — ни единой мысли. А потом меня как обухом по голове огрело: он же женатый человек! И туда же, как Андреев… Он что, думает, что я куплюсь на это?

«Все они, мужики, одним миром мазаны, — пронеслось в голове. — Им только секс нужен, и они не гнушаются ничем, лишь бы получить желаемое. Вот Терминатор даже сострадание изобразить готов».

Я буквально соскочила с его колен и чуть не потеряла равновесие.

— Ты что творишь?! — Мой голос дрожал от возмущения.