Книга Развестись и попасть - это я умею. Путь волчицы, страница 65 – Алиса Рудницкая, Фата Моргана

Лаурэант вздохнул. Поежился, пустил по коже мурашки. Посмотрел на меня исподлобья. Увидел, что меня этим не проймешь. Подумал немного. А потом принялся стягивать свою широкую рубашку цвета шампанского. Собственно, в ней он к нам попал, в ней и собирался уходить. Помимо нее он напялил еще белые брюки свои, носки, только жилетку оставил — видно оценил жару по достоинству. А на улице и правда стояла страшная парилка, настоящая баня. Хотелось раздеться догола, а не париться в красивом платье. Но было надо.

— Опять лечиться? — пробурчал парень, оставшись без верха и обняв себя руками.

— Кто сказал, что тебе придется лечиться? — подняла бровь я.

— А что, нет? — зеркально поднял бровь Лаур. — Я еще помню, какая у вашей королевы тяжелая рука.

«Мама дорогая, — протянула я про себя. — Понятно, Мелуария с ним не в игрушки играла и не флиртовала. Реально сама ведь, своей рукой высекла. Интересно, ей такое нравится, или она просто за истраченные нервы ему кару божью устроила?»

— Лаур, сладкий мой, — улыбнулась я, — тебя в твоей жизни часто пороли?

— Да, бывало, — вздохнул тот.

Я озадачилась. Все же с Истаром они были очень разными. Того тоже частенько за жизнь пороли, и он плетки откровенно побаивался. Его вообще пороть было нельзя ни в коем случае. А этот говорил об этом так, будто ну… как о походе к зубному. Страшно, ужасно, но надо и терпимо.

— Отлично, — кивнула я. — Но это будет кое-что другое. Тебя ТАК еще не пороли, усвой это заранее..

Эльф поежился снова, а потом кивнул на кровать.

— Ты еще вели мне на постель лечь прямо здесь и лепестками осыпь.

— Будет, — кивнула я, отложив плетку и взяв со стола веревку. — Руки вперед.

— Это еще зачем? — уточнил немного зашуганно эльф.

— Я девушка слабая, видишь ли, — сделала из себя невинную дурочку я. — Это будет моя гарантия безопасности.

Немного подумав и, видимо, решив, что это справедливо, Лаурэант подставил мне руки. Я связала их вместе — специально покрепче, чтобы не дай бог не выкрутился — и пропустила веревку в уже знакомую дырку на спинке кровати. Потянула. Лаур озадаченно дернулся вперед, но потом смирился и улегся на живот. Теперь руки его были вытянуты вверх, волосы лезли в лицо.

«Отлично, — подумала я. — Прощайте, мои любимые нервные клетки. Вы точно в корчах умрете от того, что я сейчас с ним сделаю. Я буду очень сильно по вам скучать!»

— Стой, что ты делаешь? — испуганно дернулся Лаур, когда я подошла к нему и села прямо на его ноги, накрыв шуршащей юбкой.

Я промолчала и, собрав волосы, убрала их на сторону. Потом, обняв его за талию, принялась расстегивать ремень штанов. Лаурэант застыл, явно не понимая, что происходит. До него дошло только тогда, когда я, совершенно беспардонно потянула его штаны вниз вместе с трусами.

— Ты совсем спятила⁈ — тут же знакомо зашипел он. — Аэлрия! Прекрати!

Я оценила то, насколько у него прибавилось сил. Раз шипит и обзывает меня сумасшедшей, значит с ним все в порядке.

Впрочем, мы оба были по-своему чокнутыми, и друг друга стоили.

— Далась мне твоя спина, — сказала я, чувствуя, что улыбаюсь словно маньячка. — Там, наверное, и нервных-то окончаний живых не осталось. Хотя спина у тебя, Лаур, признаюсь, очень красивая.

Я перехватила плетку поудобнее и провела кончиком-петелькой по позвоночнику. Вслед за моим движением по коже пробежался табун мурашек и остановился на довольно аппетитной мужской заднице.