Книга Ночь, когда он исчез, страница 41 – Лора Дейв

Но в данном случае пазл не складывается. Наш отец всегда славился умением решать проблемы. Он говорил, в этом мы с ним похожи. Если он столкнулся с непреодолимой преградой, природное упрямство не позволило бы ему отступить. Он боролся бы до последнего, пока не достиг бы победы.

Кроме того, есть еще одно обстоятельство, исключающее возможность самоубийства. Мы – его дети. Даже если бы отца одолела безысходность или невыносимая боль, он бы не ушел молча, а обязательно оставил нам послание – объяснение или напутствие. Просто исчезнуть без следа – не в его характере.

Вероятно, Сэм пришел к такому же выводу.

— Нет, не верю. На него не похоже.

Рада, что он мыслит так же. Случившееся с отцом никак нельзя назвать самоубийством.

Однако за чувством радости следует другое, более тревожное осознание. Эта мысль не дает мне покоя, поскольку ведет к тому, что пугает меня до глубины души. Если бы речь шла о ком-то постороннем, я бы объяснила столь странное поведение депрессией или психическим расстройством. Но мой отец – совсем другое дело.

Кажется, впервые в жизни он столкнулся с ситуацией, из которой никак не мог найти выход.

Мы принимаем решение заночевать в отеле «Ранчо».

Никто не горит желанием возвращаться ни в «Ветролом», ни к дяде Джо. До Лос-Анджелеса сто сорок миль пути – слишком большое расстояние для столь позднего времени.

К девяти часам вечера мы добираемся до отеля. Проезжаю мимо сторожки и направляюсь к круговой площадке перед административным корпусом, где скромная табличка приветствует гостей надписью «Добро пожаловать».

Пока Сэм оформляет номер, рассматриваю освещенное здание. По его внешнему виду невозможно догадаться, что за ним скрывается. А там, среди горных троп и ухоженных садов, раскинулись сорок восемь коттеджей, увитых плющом. Все они изящно расположились на территории в пятьсот акров^[13].

Сменив наименование фирмы с «Хэйз» на «Нун Пропертис энд Резортс», отец открыл «Ранчо» – свой первый самостоятельный проект, с помощью которого определил миссию компании, выведя ее за рамки локальной сети гостиниц. Этот флагманский отель воплотил в себе все, что отец стремился предложить гостям: изысканный комфорт в сочетании с неповторимым дизайном. Более того, он полностью изменил представление о небольших отелях: каждый объект должен сохранять индивидуальность, присущую частным заведениям, но при этом соответствовать международным стандартам качества обслуживания, характерным для масштабных гостиничных комплексов.

Отец мечтал создать совершенно новый формат бизнеса и предложить клиентам еще больший уровень роскоши, который не может себе позволить крупный отель – абсолютную приватность. В заведении – не более пятидесяти номеров, основной принцип отдыха – полное уединение плюс индивидуальный подход к каждому гостю. Во время одной из наших нечастых бесед на эту тему отец описывал свою идею как возможность ненадолго выпасть из привычной жизни и погрузиться в совершенно иной мир.

Сейчас я особенно остро осознаю, насколько заманчивой была бы для меня возможность пожить в таком месте. Несмотря на то что «Ранчо» – один из главных проектов отца (а может, именно поэтому), я побывала там всего дважды: сначала с родителями вскоре после их объявления о разводе, а потом – на свадьбе отца с его второй супругой Сильвией. Хотя причины обоих посещений были совершенно разными, каждое из них оставило во мне столь же глубокий след тревоги, какой я ощущаю теперь.