Книга Лес Самоубийц, страница 8 – Джереми Бейтс

— Мы уже на месте?

— Почти, — ответил я. — Мы в городке у подножия Фудзи. Но у нас есть проблема.

— Да я вижу.

— Собирается дождь, и мы не сможем сегодня взойти на гору.

— Отлично, я могу дальше спать. — Мел откинулась назад и прикрыла глаза. — Разбудите меня, когда мы вернемся в Токио.

— Вообще, мы сейчас встретили парочку, они тоже собирались идти на гору сегодня. Ребята собираются заночевать в лесу неподалеку. А мы решаем, не присоединиться ли к ним.

Мел открыла один глаз и уставилась на меня по-пиратски.

— И далеко это?

— Да я не знаю. Где-то рядом.

Она задумалась на секунду.

— Хорошо.

— Правда?

— Почему нет? Мы ведь уже на месте.

— Есть нюанс.

— Какой?

— Этот лес называется Аоки… — Я повернулся к Томо за помощью.

— Аокигахара.

— И что? — не поняла Мел.

— Это место также называют Лесом Самоубийц, — добавил я. — Потому что куча японцев ездит туда кончать с собой.

Мел насупилась.

— Но я думаю, что это сильно преувеличенные слухи, — добавил я быстро. — Несколько человек покончили там с собой, и место с годами приобрело дурную славу…

— Нет, я слышала об этом. — Она выпрямилась на сиденье и собрала волосы в пучок, показывая нежную шею. Сняв резинку с запястья, Мел завязала хвост. В ушах у нее блеснули изумрудные сережки, которые я подарил ей в июне на день рождения.

— Мне студенты рассказывали про этот лес. Это не слухи, там каждый год прорва людей кончает с собой.

— Нам не надо заходить далеко вглубь…

— Итан, все в порядке, тебе не нужно успокаивать меня. Я не боюсь. Я и сама хотела посмотреть на это место.

Я кивнул, радуясь тому, насколько легко она согласилась, и повернулся к Томо.

— А ты как, Томми? Ты с нами? — Я очень рассчитывал на его согласие. Без Хонды он был обладателем единственной оставшейся машины.

— А давай! — сказал он, обнажая свои пещерные клыки. — Поехали взглянем на эти, как их, привидения.

Перед тем как отправиться в Аокигахару, мы посетили туалет на станции и прикупили еще еды в магазинчике — на вес рюкзаков можно было теперь не обращать внимания.

Я подошел к кассе вокзала, чтобы приобрести карту окрестностей. Женщина в окошечке приветливо мне улыбнулась. Но как только я произнес слово «Аокигахара», она вся напряглась, и улыбка слетела с ее лица. Женщина пристально посмотрела мне в глаза, видимо пытаясь разгадать, что у меня на уме. Все, на чем она могла строить догадки: я здесь один и спрашиваю у нее, как добраться туда, где люди сводят счеты с жизнью.

Мне пришлось придать себе максимально беззаботный вид, так как я не знал, как ей объяснить, что я здесь с друзьями и мы лишь хотим посмотреть на эту достопримечательность. Кажется, это сработало, и она отдала мне карту, но когда я направился к выходу, я снова почувствовал на себе ее взгляд.

Когда я вышел на парковку, все уже расселись по машинам. Я забрался в «субару», и мы двинулись в путь.

Томо включил музыку и поставил какую-то хип-хоп-группу, поющую на японском и английском. Он знал всю японскую часть текста, но когда солист переходил на английский, Томо мог только отбивать ритм по рулевому колесу и повторять отдельные слова, которые мог разобрать, типа «ниггер», «эй, детка» и «моя крошка».

Когда я познакомился с Томо восемь месяцев назад, он показался мне обычным тусовщиком, думающим только о музыке и девушках. Но вскоре я увидел его с младшей сестрой, страдающей аутизмом, и узнал, что он может быть очень заботливым и внимательным братом. Он никогда не признавал за собой этих телячьих нежностей, а я частенько над ним подтрунивал из-за этого.