Книга Лес Самоубийц, страница 31 – Джереми Бейтс

Я огляделся по сторонам. Тела не видно. С ветки не свисает петля. Нет ни одежды, ни костей.

Я почувствовал сгущающуюся у меня в душе тьму, подобно той темноте, что окутывала лес. Я думал об этой женщине. Кем она была? Домохозяйка, секретарша, стюардесса? За четыре года я обучил большое число домохозяек и секретарш, эта женщина вполне могла оказаться студенткой моей школы. Я попытался представить одну из своих учениц, которая расстается тут с жизнью. Невозможно! Они все были такие шумные, веселые, так старались победить английскую грамматику и интересовались всем вокруг!

Подошел Нил. Шорох листьев и треск веток под его ногами вывели меня из транса. Я тряхнул головой и поглядел на него. Он потыкал сумку поднятой с земли палкой. Сумка оказалась твердой и заскорузлой.

Я хотел попросить его оставить сумку в покое. Видеть вещи, принадлежавшие умершему человеку, само по себе довольно болезненно, а рыться в них — и вовсе святотатство. Но я молчал, пока Нил не вытянул кончиком палки из большого отделения что-то белое.

— Белье? — удивился Томо.

Он подошел ко мне.

— Что за извращенцы тут были?

Нил продолжал изыскания и извлек из сумки лиловую футболку, пару носков, миниатюрный лифчик, ножницы и книжку в мягкой обложке. Книга была завернута в еще одну футболку, но на обложке видна была аккуратная надпись на кандзи и последние буквы английского названия.

— Переверни ее, пожалуйста, — попросил я.

— Зачем?

— Хочу увидеть название.

— Это и есть название.

Я и забыл, что книги в Японии читают справа налево.

— Тогда убери футболку.

Нил сдвинул тряпицу, и мы увидели, что это за книга. На обложке был нарисован гроб с лежащей в нем фигурой, больше всего напоминающей манекен для краш-теста. Надпись на английском гласила: «Полное руководство по самоубийству».

— О, черт возьми, — прошептал я. — Книга, про которую Бен говорил.

Нил кивнул:

— Ага, та самая, в которой этот лес рекомендуют как прекрасное место, чтобы умереть.

Одно дело, когда тебе кто-то что-то рассказывает. Совсем другое — когда ты видишь это что-то своими глазами.

Увидеть эту книгу было все равно что получить звонкую пощечину от реальности.

— Глядите-ка, — Томо указал пальцем куда-то себе под ноги. Я не мог рассмотреть ничего, кроме кучи листьев и сора. Томо опустился на корточки и извлек из дерна маленький желтый кусочек пластика. Порывшись еще, он собрал пять или шесть таких кусочков.

— Пропуск? — спросила Мел.

— Водительские права, — ответил Томо, пытаясь собрать мозаику у себя на ладони. — Юми Акидо, восемнадцатое января, тысяча девятьсот восемьдесят третий. Черт, молоденькая. Где фотография?

Томо расширил круг поисков, переворачивая листья и веточки. Он обнаружил еще кусочки водительского удостоверения, куски карты Виза и кредитку.

— Горячая штучка, — произнес Томо, рассматривая фотографию. — Зачем такой красотке убивать себя?

— Дай посмотреть, — попросил я.

Он протянул мне кусочек удостоверения с фото. Я повернул его так, чтобы Нил и Мелинда тоже могли увидеть лицо девушки. Волосы выкрашены в светлый цвет, стрижка под мальчика. Маленький аккуратный рот и вздернутый носик. Огромные накладные ресницы, которые так обожают юные японские студентки. Лицо, на мой вкус, слишком круглое, но Томо был абсолютно прав — девушка была привлекательной.