Книга Идеальная дочь, страница 3 – Федерико Аксат

— Здравствуйте, миссис Джонс. Меня зовут Тим Доэрти, я журналист и главный редактор «Хоукмун оверфлай» – это…

— Местная газета, я знаю.

Его губы дрогнули в нервной улыбке.

— Мне нужно поговорить с вами по поводу исчезновения Софии Холмс. У меня…

— Откуда вы узнали, где я живу?

Журналист уже собирался ответить, как вдруг заметил, что одна из трех его папок вот-вот упадет. Он поднял правую ногу и, балансируя на левой, коленом поправил стопку. Эти неловкие телодвижения вызвали у Камилы жалость.

— У нас в газете надежные источники, – ответил Тим. – Мы с первого дня знаем, что вы здесь живете. Но ни разу об этом не писали.

Камила молча кивнула.

Тим набрал воздуха.

— Я думаю, вы должны взяться за дело Софии Холмс, – торжественно произнес он, словно репетировал эту фразу. И дотронулся подбородком до верхней папки. – Здесь все материалы – более полной информации просто не найти, миссис Джонс.

Камила взглянула на папку. Отметила ее внушительное содержимое, представила вырезки из газет, листки с записями, фотографии и ксерокопии с информацией по делу. Камила была журналисткой старой закалки, и такая папка сразу вызывала у нее живой интерес. Должно быть, Доэрти на это и рассчитывал, потому и притащил свои папки прямо к двери, хотя мог бы оставить их в машине.

— Я не собираюсь браться ни за какое расследование, – наконец ответила Камила. – Мне жаль, что вы напрасно проделали такой путь.

Тим вздохнул.

— Вы ведь знаете, что это за дело?

Камила имела лишь общее представление. Она намеренно не следила за новостями по делу Холмс, потому что понимала: иначе увлечется не на шутку. София пошла с друзьями в кино, но перед самым началом фильма сказала, что у нее есть дело, и больше не вернулась. Позже ее видели у моста Катенари, а полиция нашла в реке обрывок ее платья. Это подкрепило версию о самоубийстве. Но те, кто знал Софию, четырнадцатилетнюю девочку, у которой было все, в один голос заявляли: она не могла покончить с собой.

— Я знаю то же, что и все. – Камила пыталась вспомнить имя своего собеседника. – Послушайте, Тим, меня это не интересует. Ни дело Софии, ни какое-либо другое. Поэтому я здесь. Вы же понимаете?

— Да, конечно.

— Я вынуждена попросить вас уйти.

Тим смотрел на нее с отчаянием.

— Пять дней назад кое-что произошло, – сказал он упавшим голосом. – Мы об этом еще не писали. Кэролайн Холмс, мать Софии, нашла на входной двери записку. Соседи тоже ее видели, но никто не прочел. Через пару дней Кэролайн упала с балкона. Сейчас она в коме.

А вот это уже похоже на попытку самоубийства, подумала Камила.

— Я не знала. Очень печально. – Она сурово смотрела на журналиста.

Тим поправил папки, которые снова норовили упасть.

— Простите, что вот так нагрянул, миссис Джонс. Можно я оставлю вам свой номер на случай, если вы передумаете?

— Это лишнее. Если понадобится, я знаю, как вас найти.

— Тогда хорошего дня, миссис Джонс.

— И вам. Осторожнее на ступеньках.

Камила закрыла дверь. Вернувшись на кухню, она достала из кармана телефон и наскоро загуглила имя Тима Доэрти. Первые же результаты подтвердили: он действительно тот, за кого себя выдает. Одна ссылка привлекла ее внимание: «Мать и дочь погибли при странных обстоятельствах». Камила подняла голову и увидела удаляющуюся фигуру Тима: тот шел словно по канату, не отрываясь от своих папок и не глядя под ноги. Камила знала, что сейчас произойдет, еще до того, как Тим споткнулся правой ногой о поливалку и упал лицом в траву.