Книга Княгиня Заречная. Дом жениха выбрал другую, страница 112 – Виктор Громов

Андрей сказал:

— И если один узел выпадет?

— Остальные не должны погибнуть вместе с ним.

Кривцов уже писал.

— Значит, обязательны обходные маршруты.

— Да.

— Право временного замещения функции без передачи собственности.

— Да.

— Срок.

— Обязательно.

Михаил добавил:

— Автоматическое прекращение временного полномочия, а не отдельное решение о возврате.

Варвара посмотрела на него.

— Вот.

Он понял. Старая ошибка была именно здесь. Временное становилось постоянным, потому что для возврата требовалось новое решение. Теперь должно быть наоборот. Любое чрезвычайное полномочие умирает само, если его специально не подтвердят заново всеми заинтересованными сторонами.

Кривцов быстро записал.

— Это усложнит каждый чрезвычайный договор.

— Хорошо.

— Варвара Павловна…

— Удобные чрезвычайные полномочия имеют неприятную привычку задерживаться.

Андрей сказал:

— Согласен.

Все посмотрели на него.

Он раздражённо нахмурился.

— Что?

Варвара улыбнулась.

— Ничего.

— Именно это выражение мне не нравится.

Михаил спросил:

— А старший центр?

Варвара посмотрела на пустой круг старой схемы.

— Не будет.

Гавриил усмехнулся.

— Тогда однажды снова придёт кризис.

— Придёт.

— И сеть будет спорить.

— Возможно.

— И людям понадобится человек, который просто примет решение.

— Иногда.

— И что вы сделаете?

Варвара ответила:

— Дадим право принять конкретное решение тому, кто отвечает за конкретную проблему.

— А если проблема касается всех?

— Тогда решение принимают несколько тех, кого она касается.

— Медленнее, неудобнее и иногда опаснее.

— Да. Но всё ещё лучше, чем опасность, которую один человек создаёт для всех сразу.

Она внимательнее посмотрела на него.

— Власть вообще опасная вещь. Вы просто сорок лет пытались сделать опасной только свободу.

Гавриил замолчал. На карте зажглась вторая маленькая линия. Потом третья. Север всё ещё был закрыт. Большие старые пути не работали.

Караваны стояли. Склады ждали. Города считали запасы. Никто ещё не победил. Но впервые с утра движение появилось не потому, что кто-то уступил свой голос.

А потому, что два разных узла договорились, не становясь одним. Варвара смотрела на тонкий свет и понимала: завтра будет значительно сложнее. Придётся решить, какие права действительно Белогорские. Какие Северинские. Какие городские.

Какие вообще никто не имел права когда-либо присваивать. Придётся заставить людей подписывать новые договоры в тот момент, когда им проще всего согласиться на одного хозяина. Придётся доказывать, что распределённая ответственность не означает безответственность. И, главное, придётся сделать то, чего не смогла старая система.

Научить сеть переживать отсутствие любого одного голоса, не уничтожая этот голос заранее. Михаил подошёл к ней.

— Вы понимаете, что сейчас предложили переделать устройство всего Севера?

— Нет.

— Нет?

— Пока только дорог.

Он посмотрел на неё.

— Мне от этого не легче.

— Не должно.

Елизавета подошла с другой стороны.

— И что мы будем делать завтра?

Варвара посмотрела на большую карту. На погасшие старые линии. На три маленьких новых. На Белогорские горы. На Северинскую башню.

На пустые места тех домов, которых когда-то заставили исчезнуть ради порядка.

— Не возвращать прошлое, — сказала она.

Михаил ждал.

— И не спасать настоящее тем же способом, которым его когда-то сломали.